Политэкономия кто ввел термин: Политическая экономия — Википедия

Политэкономия кто ввел термин: Политическая экономия — Википедия
Янв 26 2021
alexxlab

Содержание

Политическая экономия — Википедия

Полити́ческая эконо́мия, политэконо́мия — одна из общественных наук, предметом изучения которой являются производственные отношения и законы, управляющие их историческим развитием.

Этимология термина

Впервые словосочетание политическая экономия использовал драматург и писатель Антуан Монкретьен в экономическом трактате «Traité d’économie politique» («Трактат о политической экономии», 1615 год). Монкретьен ни до этого, ни после экономических работ не писал. В 1911 году, характеризуя степень самостоятельности трактата, Британская энциклопедия дала заключение: он «в основном базируется на работах Жана Бодена»[1]. Обстоятельства, подвигшие драматурга на написание трактата, были сугубо политическими (автор посвящал его молодому королю Людовику XIII и королеве-матери Марии Медичи[2]). Прекрасный знаток античных языков и литературы, Монкретьен сконструировал термин для обозначения предмета исследования Жана Бодена:

Можно трактовать анаграмму «политическая экономия» → «экономическая политика» как движение от обоснования (теории) к реализации (практике). Однако, в силу своей фундаментальности, политическая экономия не в состоянии учитывать все текущие риски и её выводы могут иметь для политиков скорее рекомендательный характер.

«Ввести в обиход новый термин»[3][4][5], то есть подтвердить его в дискуссиях с коллегами или хотя бы увидеть его в чужих трудах, Монкретьену не было суждено — он погиб через 6 лет (1621 г.) после выхода своего трактата.

Термин «политэкономия» стал использоваться в эпоху Просвещения в конце XVIII в. и до конца XIX в. применялся как современный термин «экономическая наука». С конца XIX в. уже используется термин «экономическая наука» (economics), употребление термина «политэкономия» прекращается[6].

В начале XX в. ряд экономистов пытались вернуться к определению предмета, который изучает экономическая теория, однако, дискуссии на этот счет продолжаются до сих пор, и многие считают теорию лишь инструментом познания.

Дж. М. Кейнс в 1921 г. во «Введении» к серии Cambridge Economics Handbooks заметил: «Экономическая наука является скорей не доктриной, а методом, аппаратом и техникой мышления, которые помогают владеющему ими приходить к правильным выводам»[7]. Это более кратко сформулировала Дж. Робинсон в 1933 г., охарактеризовавшая экономическую науку как «ящик с инструментами»[7].

В 1960-х годах термин «политэкономия» возрождается, но изменяется его содержание[6]. Марксисты же никогда не отказывались от использования термина «политическая экономия» в его первоначальном значении[7].

К 1960-м годам термин «политическая экономия» начинает использоваться праворадикальными либертарианцами из Чикаго и Центра исследований в области общественного выбора. Основной вопрос, который исследуется в рамках современной политической экономии, формулируется так: «Как экономическая наука может содействовать пониманию причин той или иной общественной проблемы?».

В рамках институционализма (Г. Таллок) с помощью инструментов экономической теории изучаются семейные отношения, воспитание детей, смерть, преступность, сексуальные отношения, поведения политиков[8]. Это направление часто называют экономическим империализмом.

Предмет и метод

Категория «политическая экономия» является одним из элементов категории «экономические теории»; соответственно эти термины неравнозначны и не взаимозаменяемы.

Политическая экономия — лишь одна из множества наук, формулирующих экономические теории. При этом в её рамках, как и «внутри» любой другой науки, могут возникать, сосуществовать и даже конкурировать несколько качественно различающихся совокупностей частных теорий.

Группы взаимосвязанных, взаимно непротиворечивых теорий, развиваемых в рамках одной науки, на базе одного и того же

предмета, но разными группами учёных, применяющих разные методы и приёмы, складываются в школы и течения научной мысли. Со временем расхождения между ними в области предмета и метода могут достигать критической точки, после которой констатируется появление новых наук, уже со своими, взаимно непротиворечивыми определениями предметов и методов.

Предмет политической экономии: объектом исследования будет социум, социальные связи. Но этот объект изучают и психологи, и социологи, и политологи и т. д. Предметом же политэкономии будут социально-экономические явления, которые складываются в определённых сферах, которые в разные периоды времени были в фокусе внимания политэкономии.

Метод науки — приёмы исследования. Среди методов, общих с большинством других экономических теорий, политическая экономия опирается на:

  • Анализ и синтез. Анализ — расчленение сложного объекта на составляющие. Синтез — интеграция в единое целое частей, свойств, отношений, ранее выделенных по ходу анализа. Синтез дополняет анализ и находится с ним в неразрывном диалектическом единстве;
  • Абстракция — после анализа, отделение существенных характеристик (составляющих) явления от несущественных, производимое по определённому (часто количественному) критерию.
  • Индукция и дедукция. Индукция — тип умозаключения, обеспечивающий переход от единичных фактов к множественным, от частного к общему. Дедукция, в широком смысле — любой вывод вообще; в философском — достоверное доказательство или вывод утверждения на основе законов логики. В дедуктивном выводе следствия находятся в посылках, и извлекаются оттуда путём логического анализа. Индукция и дедукция — не отдельные, самодовлеющие, а обязательно неразрывно взаимосвязанные между собой моменты диалектического познания.
    [9]

Системный подход — не отдельный метод (как иногда ошибочно указывают, наряду с анализом, синтезом, абстракцией, дедукцией и индукцией), а вся перечисленная совокупность методов, позволяющая рассматривать отдельное явление или процесс как систему, состоящую из определённого количества взаимосвязанных и взаимодействующих между собой элементов.

Методы, специфические для политэкономии, которые могут отсутствовать или иметь второстепенное значение в других экономических теориях, включают:

  • исторический и социологический метод. Поскольку человек входит в предмет политической экономии и как субъект экономических отношений, и как деятельный участник, и как результат экономических процессов, эта наука обязана рассматривать явления в историческом плане, проецируя их на социологический результат. Индуктивно-дедуктивную взаимосвязь этих методов отметил В. Зомбарт:
    ««Исторический подход — это подход к единичному, однократному, социологический же — к повторяющемуся, т.е. к типическому».[10]»

Однако политэкономия не подменяет собой ни историю, ни социологию, перенимая у этих наук не их специфические методы и предметы, а только принципы. Так, историзм есть принцип познания вещей и явлений в их развитии и становлении в связи с конкретными историческими условиями, их определяющими.

Политическая экономия изучает экономику и складывающиеся в ней отношения в части своего предмета, который определяется, таким образом, категорией «

Производственные отношения». Это — общественные отношения, складывающиеся в процессе воспроизводства, включающего:

Политическая экономия выявляет закономерности и формулирует экономические законы, управляющие развитием производственных отношений на разных исторических этапах развития экономической деятельности человечества. С целью их различения здесь могут использоваться разные методики, позволяющие выделить качественно различные состояния производительных сил и производственных отношений общества, в частности — специальная категория общественно-экономических формаций.

Сформулировав свой предмет и проведя тем самым разделительную черту с предшествующими этапами развития экономической мысли, в XIX веке политическая экономия, на основе соблюдения этой формулы, проводит дальнейшее размежевание с другими науками и дисциплинами, смежными с ней в области предмета. Это, в частности:товароведения, истории права (в том числе хозяйственного) и народного хозяйства различных стран и регионов, экономической статистики и др. Взаимодействуя с ними, и используя материалы, профессионально и досконально изученные учёными-специалистами в других областях, политическая экономия и сама становится основой зарождения новых наук: истории экономики, эконометрики и др.

Специфические элементы, соответствующие определению предмета политической экономии, появляются в работах «первопроходцев» этой науки (У. Петти, П. де Буагильбера и др.), получая окончательное закрепление в трудах А. Смита, Д. Рикардо, К. Маркса, Ж.-Б. Сэя, Т. Мальтуса, Бастиа и других, работы которых относят к классической политической экономии. Несмотря на схожесть отдельных выводов и законов, формулировавшихся разными «классами», в рамках политической экономии, развивались разные школы и течения экономической мысли. Из них крупнейшим по числу учёных, тиражам научных трудов и продолжительности существования является

марксистская политическая экономия (в рамках которой также выделяются различные школы и течения).

С XVIII—XX веков и по сей день политическая экономия является крупным, но не единственным источником социально-экономических теорий. Разграничение между политической экономией и другими смежными науками и дисциплинами проводится по ряду критериев, среди которых социально-исторический компонент, охват интересов всех социальных групп-субъектов производственных отношений, прогноз результатов той или иной экономической политики. Этим критериям в целом отвечают ряд других экономических школ XIX—XX веков, одна из которых в этой связи получила название «Неоклассическая экономическая теория» (восходящая к классической политической экономии).

Генезис предмета политической экономии

Историческим предшественником политической экономии является меркантилизм, предмет исследований которого — сфера обращения. В дальнейшем, по ходу развития политической экономии как науки, основной акцент смещается в сферу производства.

Чёткий категориальный аппарат, однозначные дефиниции, предваряющие рассуждения авторов — важное требование метода политической экономии. Этим она отличается от других произведений на экономическую тематику, не привязанных к строгой категориальной основе. Известная коллизия определений возникает при рассмотрении меркантилизма — исторического этапа развития экономической мысли, хронологически предшествующего возникновению политической экономии. На этот счёт существует две точки зрения.

Согласно одной из историко-экономических традиций

[11], Адам Смит — основоположник политической экономии, а меркантилисты (которых он критикует в своём главном труде[12]) — её предшественники. Действительно, по форме подачи трактаты меркантилистов — прагматические предложения (часто в адрес высшей власти), авторы которых (в их числе — купцы, чиновники и другие экономисты-практики). Их главный довод — чисто арифметические расчёты, а не научно-академические рассуждения с переходами от конкретики к абстракции и наоборот. Наконец, по содержанию это — предложения по изменению экономической политики; иными словами это — доктрины. То есть, предшествующий политической экономии меркантилизм (ранний его этап также называется монетарной системой) — не наука в её строгом понимании[13], а один из этапов генезиса экономической мысли; так сказать, предыстория политической экономии.

В некоторых других источниках меркантилизм атрибутирован как одна из экономических теорий. Учитывая, что при этом предмет экономической теории отождествляется с предметом политической экономии, последняя автоматически теряет статус

исторически первой экономической науки. Там же могут называть экономистами (в смысле, учёными) и авторов-меркантилистов, хотя к некоторым из них (купцам, чиновникам) это понятие приложимо лишь в общесобирательном смысле «практикующие в экономической сфере финансов и торговли».

Предмет политэкономии в версии А. Смита сформулирован в заголовке его главного труда: «Исследование о природе и причинах богатства народов». Богатство (англ. wealth) как предмет науки понимал и Д. Рикардо. На протяжении XIX века труд Смита играл как просветительскую роль, так и был объектом критики, порождавшей новые концепции в науке. Второе значение wealth — изобилие (а во времена Смита ещё и «процветание»). Но к этому смыслу политэкономы вернулись лишь в XX веке.

Ближайшие к Смиту по времени критики — Симон де Сисмонди (а потом и другой представитель экономического романтизма, П. Прудон) утверждали, что не сами объекты богатства (вещи), а их распределение (и перераспределение) является предметом политэкономии, и её особое предназначение — обеспечить справедливость этого процесса[14]. Ряд исследователей[15] выделяют особенный элемент новизны, который Сисмонди вносит в метод, а именно — ввод морально-этического элемента в состав принципов классической политэкономии[15]:

Политическая экономия — «наука не простого расчёта, а наука моральная»; она вводит в «заблуждение, когда оперирует голыми цифрами, и ведёт к цели лишь тогда, когда приняты во внимание чувства, потребности и страсти людей».

К. Маркс позицию Сисмонди считал мелкобуржуазной, популистской. В поисках фундаментальной, глубинной первоосновы экономических процессов он пошёл по пути философско-абстрактного осмысления их сущности. Маркс сконцентрировал внимание на процессе воспроизводства (производстве, распределении, обмене, потреблении) как едином комплексном целом . Чтобы не отвлекаться на частности, составляющие предмет специальных наук (отраслевых экономик, экономики торговли, маркетинга и пр.), Маркс рассматривал производственные отношения, которые возникают между людьми, занятыми в этих процессах соответственно месту каждого на ступенях социальной пирамиды общества. Эти отношения не субъективно-психологические (межличностные отношения человек-человек), а социально-правовые. С учётом этого сейчас предметом политической экономии являются производственные отношения, то есть отношения по поводу производства, распределения, обмена и потребления благ.

Маркс выступал не только как критик Смита. Отмечая изъяны в его концепции, он нашёл и творчески использовал рациональное зерно в формуле великого шотландца. Расчленив смитовское «богатство» на составляющие — товары (goods), Маркс сугубо абстрактными логическими умозаключениями доказал, что именно товар как категория должен стать отправной точкой в политико-экономических исследованиях. Первые слова 1-й главы I тома «Капитала», посвящённой товару, отдают дань основоположнику науки, как бы вторя заголовку его труда: «Богатство народов…»

Варианты методологии

Чтобы указать на хронологической оси истории экономических учений ту или иную точку отсчёта истории политической экономии, можно использовать различные критерии, в зависимости от специфики задачи, для которой это требуется.

Наиболее ранняя граница определяется формально-терминологически. Это — момент издания исследования, сочинения с таким названием. Для политэкономии это 1615 — год издания «Трактата о политической экономии» А. Монкретьена. Однако автор свои исследования не продолжил (тема была для него в известном смысле случайной), и ни один из ближайших его современников не использовал этот труд в качестве отправной точки последующих разработок науки под этим названием.

Наиболее поздняя граница определяется по строгому академическому признаку — возникновению первого центра систематических коллективных разработок. В этом формальном смысле возникновение политэкономии как академической науки датируется 1805 годом, когда в колледже Haileybury открывается первая кафедра и назначается первый профессор политической экономии (Томас Мальтус). Задел в виде ранее написанных научных трудов, которые послужат отправной точкой дальнейших исследований кафедры, является обязательным условием.

Классификацию предмета и метода осуществляет, в общем, та же группа учёных, которая прокладывает академический путь вновь признанной науке, и потому выбор точки отсчёта ближайшей предыстории науки всегда результат их, в некоторой мере субъективного, выбора. Открываемые впоследствии в других странах новые школы, используя уже данные другими определения предмета и метода, могут доказать «право первородства» для исследований своей страны, и т. д. Так или иначе, первая заявка на приоритет часто остаётся опротестованной, и происходит это не сразу, а к моменту, когда жизненный цикл науки близится к пику.

В дальнейшем, в других европейских странах — в Италии, Германии, России и др. — на волне общего для всей Европы середины XIX века усиления интереса к собственной истории были вновь открыты многие, доселе забытые имена. Используя тот же формальный, предметно-методологический подход, каждая страна открыла заново своих учёных, оставивших для потомков труды, оказавшиеся политико-экономическими. Однако из того, что свою «Книгу о скудости и богатстве» И. Т. Посошков издал в 1724 году, то есть более чем за полвека до почти одноимённого труда Адама Смита (1776), отнюдь не следует вывод, что политическая экономия началась в России.

Воздавая должное учёным каждой страны, современная историография экономических учений склоняется к следующим формулировкам.

Франсуа Кенэ считается основателем школы физиократов (самоназвание «экономисты»), как исторически первого направления классической политической экономии и первой научной школы. В числе основополагающих произведений: «Экономическая таблица Кенэ» (1758) и «Размышления о создании и распределении богатств» Тюрго (1766). Основоположником же научных исследований в этом направлении считается П. Буагильбер (работы 1697—1707).

Адам Смит, встречавшийся с физиократами в 1764—1766, и написавший «Исследование о природе и причинах богатства народов» 10 лет спустя, в 1776, считается основателем школы классической английской политической экономии. Начала которой прослеживаются у ряда ближайших его предшественников, включая У. Петти (труды 1662—1682 гг.). Англия же считается родиной политической экономии как академической науки (первая кафедра открыта в 1805).

Социальная направленность политической экономии

Ликвидация социальной несправедливости и её способ, построение справедливого общества — цель, предпосланная трактатам многих великих мыслителей, начиная с глубокой древности. Уже в древнеегипетских «Речениях Ипувера»[16][17]:

Страна перевернулась как гончарный круг. Бедные стали богатыми, имущие — неимущими… Кто искал быков для пахоты, стал хозяином стада; у кого не было зерна, сам ссужает его; кто не мастерил себе лодки, стал владельцем кораблей; прежний хозяин смотрит на них, но они уже не его.

Игнорировать эту проблему самоубийственно, ведь альтернатива — социальные потрясения, революции, кровопролитие[16][18]:

Зависимые люди стали хозяевами людей… кто был на посылках, сам посылает другого… Должностные лица разогнаны по всей стране; законы выброшены вон и по ним ходят, ничтожные люди бродят взад и вперёд по главным судилищам; вскрыта палата, изъяты податные сказки; царские склады и жито стали достоянием любого… Горстка беззаконников лишила страну царства; что скрывала пирамида, то пусто: царь вынут…

Это древнейшее из документальных свидетельств первой из известных на сегодня социальных революций в истории человечества. Одновременно этот трактат — и первая попытка указать на опаснейший по своим последствиям тип несправедливости, а именно — в экономических отношениях, в отношениях собственности, в распределении благ. Те же вопросы изучали и античные философы, у которых проблемы экономические неотъемлемы от проблем этики и морали. В Новое время задачи преобразования общества на социалистических принципах, необходимости справедливого переустройства общественных отношений (и в том числе экономических) входят в предмет особого течения — теорий утопического социализма (см. по ссылке). Хотя экономические отношения и являются одним из их предметов, методологически труды социалистов-утопистов домарксового периода стоят вне политической экономии: наряду с буржуазной политической экономией утопический социализм является одним из трёх источников марксизма, предшествующих ему[19]. Однако приоритет во введении задачи устранения социальной несправедливости в число важнейших целевых функций политической экономии — не за Карлом Марксом, а за его предшественником, С. Сисмонди[20]:

«люди объединились в общество…, чтобы обеспечить себе счастье»

По ходу трансформации буржуазной политической экономии в экономикс (в альтернативной трактовке процесса — после завершения её кризиса «умиранием» этой науки с заменой на экономикс) часть буржуазных политэкономов намеренно исключила из своей науки весь этико-социальный компонент. Эту позицию выразил, в числе других, в 1932 году Лайонел Роббинс:

Экономика имеет дело с удостоверяемыми фактами, а этика — с оценками и обязанностями. Эти две области исследования не лежат в одной плоскости рассуждений[21].

Оригинальный текст (англ.)

Economics deals with ascertainable facts; ethics with valuations and obligations. The two fields of enquiry are not on the same plane of discourse.

Категорическое несогласие с этой позицией выразил Дж. М. Кейнс:

Вопреки Роббинсу, экономика является морально-этической наукой по своей сущности. Она, так сказать, берёт на службу метод самонаблюдения и выносит суждения о цене[22].

Оригинальный текст (англ.)

As against Robbins, Economics is essentially a moral science. That is to say, it employs introspection and judgement of value.

Политическая экономия по странам

Англия. Первым профессором кафедры политической экономии стал сэр Томас Роберт Мальтус.

Италия. Вплоть до настоящего времени политическая экономия развивается как наука и изучается как предмет (см. Economia politica).

Дореволюционная Россия. Интересно, что из допросов декабристов был сделан вывод, что для пресечения зла вольнодумства необходимо изъять политическую экономию из учебных планов (хотя до этого дело не дошло)[23].

Советский Союз.

Марксизм-ленинизм опирался на единый и концептуально взаимосвязанный комплекс трёх наук: философии (диалектический и исторический материализм), политической экономии и научного коммунизма. Несмотря на мощную социально-политическую составляющую в постановке задач марксистской политической экономии, не она (как иногда ошибочно полагают), а именно научный коммунизм брал на себя в этой связке главенствующую роль социально-политической теории марксизма-ленинизма. Ср.:

Раздел I. Научный коммунизм — составная часть марксизма-ленинизма.

Глава I. Предмет и метод научного коммунизма.

§ 1. Научный коммунизм — социально-политическая теория марксизма-ленинизма.[24]

В советской экономической науке марксистская политическая экономия рассматривалась как базовый принцип ведения народного хозяйства, на её основе разрабатывался плановый характер экономического развития с конечной целью упразднения товарно-денежных отношений.

Политическая экономия как наука носила и носит фундаментальный характер и является методологической базой для других экономических наук. При этом она ограничена в своём предмете исследованием непосредственно экономическими отношениями. Например, она изучает стоимостные отношения, но не занимается калькуляцией себестоимости, исследует историю и природу денег, но не занимается банковским делом, изучает природу и механизм производства прибавочной стоимости, но не рассматривает конкретные пропорции её распределения между собственниками факторов производства.

См. также

Примечания

  1. ↑ ANTOINE DE MONTCHRETIE… — Online Information article about ANTOINE DE MONTCHRETIE… (англ.). encyclopedia.jrank.org. Проверено 3 февраля 2018.
  2. Аникин А. В. Юность науки. Жизнь и идеи мыслителей-экономистов до Маркса = 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Политиздат, 1975. — С. 384.
  3. Савельева И. М., Полетаев А. В. История и время. В поисках утраченного. — М.: Языки русской культуры, 1997. — С. 500. — ISBN 5-7859-0026-4., с.105;
  4. Масленников П. В. и др. Введение в специальность. Учебное пособие. — Кемерово: Федеральное агентство по образованию. Кемеровский технологический институт пищевой промышленности, 2007. — С. 108. — ISBN ББК 65:74.58я7., с.81
  5. ↑ Андрианов В. П. Теории меркантилизма.
  6. 1 2 Груневеген, 2004, с. 680.
  7. 1 2 3 Груневеген, 2004, с. 684.
  8. ↑ Груневеген, 2004, с. 685.
  9. ↑ Ср.: Философский словарь. М.: Политиздат, 1975. — с. 5, 101, 148.
  10. Зомбарт, В. Социология. — Л.: Мысль, 1924. — с. 8
  11. ↑ Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе — М.: «Дело Лтд», 1994. ISBN 5-86461-151-4
  12. ↑ Адам Смит «Исследование о природе и причинах богатства народов» (1776 г.)
  13. ↑ А. В. Аникин в книге «Юность науки» также избегает применения термина «наука» к меркантилизму.
  14. под ред. Смирнова А. Д. Критика немарксистских концепций в преподавании политической экономии. — М.: Высшая школа, 1990. — С. 352. — 20 000 экз. — ISBN 5-06-000025-7. , с.33.
  15. 1 2 Покидченко M. Г., Чаплыгина И. Г. История экономических учений. — М.: ИНФРА-М, 2006. — С. 271. — ISBN 5-16-002123-X., с. 69;
  16. 1 2 Перепёлкин Ю. Я. История Древнего Египта. — СПб, 2000. — С. 202.
  17. Gardiner A. H. The Admonitions of an Egyptian Sage from a Hieratic Papyrus in Leiden (Pap. Leiden 344 recto). — Leipzig / Hildesheim, 1909 / 1969. — С. 1—2, 18.
  18. Gardiner A. H. The Admonitions of an Egyptian Sage from a Hieratic Papyrus in Leiden (Pap. Leiden 344 recto). — Leipzig / Hildesheim, 1909 / 1969. — С. 1—2, 18.
  19. Ленин В. И. Три источника и три составных части марксизма. — Полн.собр.соч., т.23.
  20. Сисмонди, С. Новые начала политической экономии, или о богатстве в его отношении к народонаселению. М.: Соцэкгиз, 1937, с.69.
  21. Robbins L. The Nature and Significance of Economic Science, 1932, p.132
  22. ↑ Цит. по: Atkinson, A. B. Economics as a Moral Science. The University of York, 2008. — p.3. Cf.: [www.york.ac.uk/depts/pep/jrf/2008.pdf]
  23. Клинов В. Г. Россия XIX века: актуальные аспекты развития экономической мысли и народнохозяйственной политики // Мировое и национальное хозяйство. — 2009. — № 2.
  24. ↑ Научный коммунизм. — М.: Политиздат, 1988. — С. 463. — ISBN 5-250-00048-7.

Литература

Ссылки

Политическая экономия — Википедия

Полити́ческая эконо́мия, политэконо́мия — одна из общественных наук, предметом изучения которой являются производственные отношения и законы, управляющие их историческим развитием.

Этимология термина

Впервые словосочетание политическая экономия использовал драматург и писатель Антуан Монкретьен в экономическом трактате «Traité d’économie politique» («Трактат о политической экономии», 1615 год). Монкретьен ни до этого, ни после экономических работ не писал. В 1911 году, характеризуя степень самостоятельности трактата, Британская энциклопедия дала заключение: он «в основном базируется на работах Жана Бодена»[1]. Обстоятельства, подвигшие драматурга на написание трактата, были сугубо политическими (автор посвящал его молодому королю Людовику XIII и королеве-матери Марии Медичи[2]). Прекрасный знаток античных языков и литературы, Монкретьен сконструировал термин для обозначения предмета исследования Жана Бодена:

Можно трактовать анаграмму «политическая экономия» → «экономическая политика» как движение от обоснования (теории) к реализации (практике). Однако, в силу своей фундаментальности, политическая экономия не в состоянии учитывать все текущие риски и её выводы могут иметь для политиков скорее рекомендательный характер.

«Ввести в обиход новый термин»[3][4][5], то есть подтвердить его в дискуссиях с коллегами или хотя бы увидеть его в чужих трудах, Монкретьену не было суждено — он погиб через 6 лет (1621 г.) после выхода своего трактата.

Термин «политэкономия» стал использоваться в эпоху Просвещения в конце XVIII в. и до конца XIX в. применялся как современный термин «экономическая наука». С конца XIX в. уже используется термин «экономическая наука» (economics), употребление термина «политэкономия» прекращается[6].

В начале XX в. ряд экономистов пытались вернуться к определению предмета, который изучает экономическая теория, однако, дискуссии на этот счет продолжаются до сих пор, и многие считают теорию лишь инструментом познания.

Дж. М. Кейнс в 1921 г. во «Введении» к серии Cambridge Economics Handbooks заметил: «Экономическая наука является скорей не доктриной, а методом, аппаратом и техникой мышления, которые помогают владеющему ими приходить к правильным выводам»[7]. Это более кратко сформулировала Дж. Робинсон в 1933 г., охарактеризовавшая экономическую науку как «ящик с инструментами»[7].

В 1960-х годах термин «политэкономия» возрождается, но изменяется его содержание[6]. Марксисты же никогда не отказывались от использования термина «политическая экономия» в его первоначальном значении[7].

К 1960-м годам термин «политическая экономия» начинает использоваться праворадикальными либертарианцами из Чикаго и Центра исследований в области общественного выбора. Основной вопрос, который исследуется в рамках современной политической экономии, формулируется так: «Как экономическая наука может содействовать пониманию причин той или иной общественной проблемы?».

В рамках институционализма (Г. Таллок) с помощью инструментов экономической теории изучаются семейные отношения, воспитание детей, смерть, преступность, сексуальные отношения, поведения политиков[8]. Это направление часто называют экономическим империализмом.

Предмет и метод

Категория «политическая экономия» является одним из элементов категории «экономические теории»; соответственно эти термины неравнозначны и не взаимозаменяемы.

Политическая экономия — лишь одна из множества наук, формулирующих экономические теории. При этом в её рамках, как и «внутри» любой другой науки, могут возникать, сосуществовать и даже конкурировать несколько качественно различающихся совокупностей частных теорий.

Группы взаимосвязанных, взаимно непротиворечивых теорий, развиваемых в рамках одной науки, на базе одного и того же предмета, но разными группами учёных, применяющих разные методы и приёмы, складываются в школы и течения научной мысли. Со временем расхождения между ними в области предмета и метода могут достигать критической точки, после которой констатируется появление новых наук, уже со своими, взаимно непротиворечивыми определениями предметов и методов.

Предмет политической экономии: объектом исследования будет социум, социальные связи. Но этот объект изучают и психологи, и социологи, и политологи и т. д. Предметом же политэкономии будут социально-экономические явления, которые складываются в определённых сферах, которые в разные периоды времени были в фокусе внимания политэкономии.

Метод науки — приёмы исследования. Среди методов, общих с большинством других экономических теорий, политическая экономия опирается на:

  • Анализ и синтез. Анализ — расчленение сложного объекта на составляющие. Синтез — интеграция в единое целое частей, свойств, отношений, ранее выделенных по ходу анализа. Синтез дополняет анализ и находится с ним в неразрывном диалектическом единстве;
  • Абстракция — после анализа, отделение существенных характеристик (составляющих) явления от несущественных, производимое по определённому (часто количественному) критерию.
  • Индукция и дедукция. Индукция — тип умозаключения, обеспечивающий переход от единичных фактов к множественным, от частного к общему. Дедукция, в широком смысле — любой вывод вообще; в философском — достоверное доказательство или вывод утверждения на основе законов логики. В дедуктивном выводе следствия находятся в посылках, и извлекаются оттуда путём логического анализа. Индукция и дедукция — не отдельные, самодовлеющие, а обязательно неразрывно взаимосвязанные между собой моменты диалектического познания.[9]

Системный подход — не отдельный метод (как иногда ошибочно указывают, наряду с анализом, синтезом, абстракцией, дедукцией и индукцией), а вся перечисленная совокупность методов, позволяющая рассматривать отдельное явление или процесс как систему, состоящую из определённого количества взаимосвязанных и взаимодействующих между собой элементов.

Методы, специфические для политэкономии, которые могут отсутствовать или иметь второстепенное значение в других экономических теориях, включают:

  • исторический и социологический метод. Поскольку человек входит в предмет политической экономии и как субъект экономических отношений, и как деятельный участник, и как результат экономических процессов, эта наука обязана рассматривать явления в историческом плане, проецируя их на социологический результат. Индуктивно-дедуктивную взаимосвязь этих методов отметил В. Зомбарт:
    ««Исторический подход — это подход к единичному, однократному, социологический же — к повторяющемуся, т.е. к типическому».[10]»

Однако политэкономия не подменяет собой ни историю, ни социологию, перенимая у этих наук не их специфические методы и предметы, а только принципы. Так, историзм есть принцип познания вещей и явлений в их развитии и становлении в связи с конкретными историческими условиями, их определяющими.

Политическая экономия изучает экономику и складывающиеся в ней отношения в части своего предмета, который определяется, таким образом, категорией «Производственные отношения». Это — общественные отношения, складывающиеся в процессе воспроизводства, включающего:

Политическая экономия выявляет закономерности и формулирует экономические законы, управляющие развитием производственных отношений на разных исторических этапах развития экономической деятельности человечества. С целью их различения здесь могут использоваться разные методики, позволяющие выделить качественно различные состояния производительных сил и производственных отношений общества, в частности — специальная категория общественно-экономических формаций.

Сформулировав свой предмет и проведя тем самым разделительную черту с предшествующими этапами развития экономической мысли, в XIX веке политическая экономия, на основе соблюдения этой формулы, проводит дальнейшее размежевание с другими науками и дисциплинами, смежными с ней в области предмета. Это, в частности:товароведения, истории права (в том числе хозяйственного) и народного хозяйства различных стран и регионов, экономической статистики и др. Взаимодействуя с ними, и используя материалы, профессионально и досконально изученные учёными-специалистами в других областях, политическая экономия и сама становится основой зарождения новых наук: истории экономики, эконометрики и др.

Специфические элементы, соответствующие определению предмета политической экономии, появляются в работах «первопроходцев» этой науки (У. Петти, П. де Буагильбера и др.), получая окончательное закрепление в трудах А. Смита, Д. Рикардо, К. Маркса, Ж.-Б. Сэя, Т. Мальтуса, Бастиа и других, работы которых относят к классической политической экономии. Несмотря на схожесть отдельных выводов и законов, формулировавшихся разными «классами», в рамках политической экономии, развивались разные школы и течения экономической мысли. Из них крупнейшим по числу учёных, тиражам научных трудов и продолжительности существования является марксистская политическая экономия (в рамках которой также выделяются различные школы и течения).

С XVIII—XX веков и по сей день политическая экономия является крупным, но не единственным источником социально-экономических теорий. Разграничение между политической экономией и другими смежными науками и дисциплинами проводится по ряду критериев, среди которых социально-исторический компонент, охват интересов всех социальных групп-субъектов производственных отношений, прогноз результатов той или иной экономической политики. Этим критериям в целом отвечают ряд других экономических школ XIX—XX веков, одна из которых в этой связи получила название «Неоклассическая экономическая теория» (восходящая к классической политической экономии).

Генезис предмета политической экономии

Историческим предшественником политической экономии является меркантилизм, предмет исследований которого — сфера обращения. В дальнейшем, по ходу развития политической экономии как науки, основной акцент смещается в сферу производства.

Чёткий категориальный аппарат, однозначные дефиниции, предваряющие рассуждения авторов — важное требование метода политической экономии. Этим она отличается от других произведений на экономическую тематику, не привязанных к строгой категориальной основе. Известная коллизия определений возникает при рассмотрении меркантилизма — исторического этапа развития экономической мысли, хронологически предшествующего возникновению политической экономии. На этот счёт существует две точки зрения.

Согласно одной из историко-экономических традиций[11], Адам Смит — основоположник политической экономии, а меркантилисты (которых он критикует в своём главном труде[12]) — её предшественники. Действительно, по форме подачи трактаты меркантилистов — прагматические предложения (часто в адрес высшей власти), авторы которых (в их числе — купцы, чиновники и другие экономисты-практики). Их главный довод — чисто арифметические расчёты, а не научно-академические рассуждения с переходами от конкретики к абстракции и наоборот. Наконец, по содержанию это — предложения по изменению экономической политики; иными словами это — доктрины. То есть, предшествующий политической экономии меркантилизм (ранний его этап также называется монетарной системой) — не наука в её строгом понимании[13], а один из этапов генезиса экономической мысли; так сказать, предыстория политической экономии.

В некоторых других источниках меркантилизм атрибутирован как одна из экономических теорий. Учитывая, что при этом предмет экономической теории отождествляется с предметом политической экономии, последняя автоматически теряет статус исторически первой экономической науки. Там же могут называть экономистами (в смысле, учёными) и авторов-меркантилистов, хотя к некоторым из них (купцам, чиновникам) это понятие приложимо лишь в общесобирательном смысле «практикующие в экономической сфере финансов и торговли».

Предмет политэкономии в версии А. Смита сформулирован в заголовке его главного труда: «Исследование о природе и причинах богатства народов». Богатство (англ. wealth) как предмет науки понимал и Д. Рикардо. На протяжении XIX века труд Смита играл как просветительскую роль, так и был объектом критики, порождавшей новые концепции в науке. Второе значение wealth — изобилие (а во времена Смита ещё и «процветание»). Но к этому смыслу политэкономы вернулись лишь в XX веке.

Ближайшие к Смиту по времени критики — Симон де Сисмонди (а потом и другой представитель экономического романтизма, П. Прудон) утверждали, что не сами объекты богатства (вещи), а их распределение (и перераспределение) является предметом политэкономии, и её особое предназначение — обеспечить справедливость этого процесса[14]. Ряд исследователей[15] выделяют особенный элемент новизны, который Сисмонди вносит в метод, а именно — ввод морально-этического элемента в состав принципов классической политэкономии[15]:

Политическая экономия — «наука не простого расчёта, а наука моральная»; она вводит в «заблуждение, когда оперирует голыми цифрами, и ведёт к цели лишь тогда, когда приняты во внимание чувства, потребности и страсти людей».

К. Маркс позицию Сисмонди считал мелкобуржуазной, популистской. В поисках фундаментальной, глубинной первоосновы экономических процессов он пошёл по пути философско-абстрактного осмысления их сущности. Маркс сконцентрировал внимание на процессе воспроизводства (производстве, распределении, обмене, потреблении) как едином комплексном целом . Чтобы не отвлекаться на частности, составляющие предмет специальных наук (отраслевых экономик, экономики торговли, маркетинга и пр.), Маркс рассматривал производственные отношения, которые возникают между людьми, занятыми в этих процессах соответственно месту каждого на ступенях социальной пирамиды общества. Эти отношения не субъективно-психологические (межличностные отношения человек-человек), а социально-правовые. С учётом этого сейчас предметом политической экономии являются производственные отношения, то есть отношения по поводу производства, распределения, обмена и потребления благ.

Маркс выступал не только как критик Смита. Отмечая изъяны в его концепции, он нашёл и творчески использовал рациональное зерно в формуле великого шотландца. Расчленив смитовское «богатство» на составляющие — товары (goods), Маркс сугубо абстрактными логическими умозаключениями доказал, что именно товар как категория должен стать отправной точкой в политико-экономических исследованиях. Первые слова 1-й главы I тома «Капитала», посвящённой товару, отдают дань основоположнику науки, как бы вторя заголовку его труда: «Богатство народов…»

Варианты методологии

Чтобы указать на хронологической оси истории экономических учений ту или иную точку отсчёта истории политической экономии, можно использовать различные критерии, в зависимости от специфики задачи, для которой это требуется.

Наиболее ранняя граница определяется формально-терминологически. Это — момент издания исследования, сочинения с таким названием. Для политэкономии это 1615 — год издания «Трактата о политической экономии» А. Монкретьена. Однако автор свои исследования не продолжил (тема была для него в известном смысле случайной), и ни один из ближайших его современников не использовал этот труд в качестве отправной точки последующих разработок науки под этим названием.

Наиболее поздняя граница определяется по строгому академическому признаку — возникновению первого центра систематических коллективных разработок. В этом формальном смысле возникновение политэкономии как академической науки датируется 1805 годом, когда в колледже Haileybury открывается первая кафедра и назначается первый профессор политической экономии (Томас Мальтус). Задел в виде ранее написанных научных трудов, которые послужат отправной точкой дальнейших исследований кафедры, является обязательным условием.

Классификацию предмета и метода осуществляет, в общем, та же группа учёных, которая прокладывает академический путь вновь признанной науке, и потому выбор точки отсчёта ближайшей предыстории науки всегда результат их, в некоторой мере субъективного, выбора. Открываемые впоследствии в других странах новые школы, используя уже данные другими определения предмета и метода, могут доказать «право первородства» для исследований своей страны, и т. д. Так или иначе, первая заявка на приоритет часто остаётся опротестованной, и происходит это не сразу, а к моменту, когда жизненный цикл науки близится к пику.

В дальнейшем, в других европейских странах — в Италии, Германии, России и др. — на волне общего для всей Европы середины XIX века усиления интереса к собственной истории были вновь открыты многие, доселе забытые имена. Используя тот же формальный, предметно-методологический подход, каждая страна открыла заново своих учёных, оставивших для потомков труды, оказавшиеся политико-экономическими. Однако из того, что свою «Книгу о скудости и богатстве» И. Т. Посошков издал в 1724 году, то есть более чем за полвека до почти одноимённого труда Адама Смита (1776), отнюдь не следует вывод, что политическая экономия началась в России.

Воздавая должное учёным каждой страны, современная историография экономических учений склоняется к следующим формулировкам.

Франсуа Кенэ считается основателем школы физиократов (самоназвание «экономисты»), как исторически первого направления классической политической экономии и первой научной школы. В числе основополагающих произведений: «Экономическая таблица Кенэ» (1758) и «Размышления о создании и распределении богатств» Тюрго (1766). Основоположником же научных исследований в этом направлении считается П. Буагильбер (работы 1697—1707).

Адам Смит, встречавшийся с физиократами в 1764—1766, и написавший «Исследование о природе и причинах богатства народов» 10 лет спустя, в 1776, считается основателем школы классической английской политической экономии. Начала которой прослеживаются у ряда ближайших его предшественников, включая У. Петти (труды 1662—1682 гг.). Англия же считается родиной политической экономии как академической науки (первая кафедра открыта в 1805).

Социальная направленность политической экономии

Ликвидация социальной несправедливости и её способ, построение справедливого общества — цель, предпосланная трактатам многих великих мыслителей, начиная с глубокой древности. Уже в древнеегипетских «Речениях Ипувера»[16][17]:

Страна перевернулась как гончарный круг. Бедные стали богатыми, имущие — неимущими… Кто искал быков для пахоты, стал хозяином стада; у кого не было зерна, сам ссужает его; кто не мастерил себе лодки, стал владельцем кораблей; прежний хозяин смотрит на них, но они уже не его.

Игнорировать эту проблему самоубийственно, ведь альтернатива — социальные потрясения, революции, кровопролитие[16][18]:

Зависимые люди стали хозяевами людей… кто был на посылках, сам посылает другого… Должностные лица разогнаны по всей стране; законы выброшены вон и по ним ходят, ничтожные люди бродят взад и вперёд по главным судилищам; вскрыта палата, изъяты податные сказки; царские склады и жито стали достоянием любого… Горстка беззаконников лишила страну царства; что скрывала пирамида, то пусто: царь вынут…

Это древнейшее из документальных свидетельств первой из известных на сегодня социальных революций в истории человечества. Одновременно этот трактат — и первая попытка указать на опаснейший по своим последствиям тип несправедливости, а именно — в экономических отношениях, в отношениях собственности, в распределении благ. Те же вопросы изучали и античные философы, у которых проблемы экономические неотъемлемы от проблем этики и морали. В Новое время задачи преобразования общества на социалистических принципах, необходимости справедливого переустройства общественных отношений (и в том числе экономических) входят в предмет особого течения — теорий утопического социализма (см. по ссылке). Хотя экономические отношения и являются одним из их предметов, методологически труды социалистов-утопистов домарксового периода стоят вне политической экономии: наряду с буржуазной политической экономией утопический социализм является одним из трёх источников марксизма, предшествующих ему[19]. Однако приоритет во введении задачи устранения социальной несправедливости в число важнейших целевых функций политической экономии — не за Карлом Марксом, а за его предшественником, С. Сисмонди[20]:

«люди объединились в общество…, чтобы обеспечить себе счастье»

По ходу трансформации буржуазной политической экономии в экономикс (в альтернативной трактовке процесса — после завершения её кризиса «умиранием» этой науки с заменой на экономикс) часть буржуазных политэкономов намеренно исключила из своей науки весь этико-социальный компонент. Эту позицию выразил, в числе других, в 1932 году Лайонел Роббинс:

Экономика имеет дело с удостоверяемыми фактами, а этика — с оценками и обязанностями. Эти две области исследования не лежат в одной плоскости рассуждений[21].

Оригинальный текст (англ.)

Economics deals with ascertainable facts; ethics with valuations and obligations. The two fields of enquiry are not on the same plane of discourse.

Категорическое несогласие с этой позицией выразил Дж. М. Кейнс:

Вопреки Роббинсу, экономика является морально-этической наукой по своей сущности. Она, так сказать, берёт на службу метод самонаблюдения и выносит суждения о цене[22].

Оригинальный текст (англ.)

As against Robbins, Economics is essentially a moral science. That is to say, it employs introspection and judgement of value.

Политическая экономия по странам

Англия. Первым профессором кафедры политической экономии стал сэр Томас Роберт Мальтус.

Италия. Вплоть до настоящего времени политическая экономия развивается как наука и изучается как предмет (см. Economia politica).

Дореволюционная Россия. Интересно, что из допросов декабристов был сделан вывод, что для пресечения зла вольнодумства необходимо изъять политическую экономию из учебных планов (хотя до этого дело не дошло)[23].

Советский Союз.

Марксизм-ленинизм опирался на единый и концептуально взаимосвязанный комплекс трёх наук: философии (диалектический и исторический материализм), политической экономии и научного коммунизма. Несмотря на мощную социально-политическую составляющую в постановке задач марксистской политической экономии, не она (как иногда ошибочно полагают), а именно научный коммунизм брал на себя в этой связке главенствующую роль социально-политической теории марксизма-ленинизма. Ср.:

Раздел I. Научный коммунизм — составная часть марксизма-ленинизма.

Глава I. Предмет и метод научного коммунизма.

§ 1. Научный коммунизм — социально-политическая теория марксизма-ленинизма.[24]

В советской экономической науке марксистская политическая экономия рассматривалась как базовый принцип ведения народного хозяйства, на её основе разрабатывался плановый характер экономического развития с конечной целью упразднения товарно-денежных отношений.

Политическая экономия как наука носила и носит фундаментальный характер и является методологической базой для других экономических наук. При этом она ограничена в своём предмете исследованием непосредственно экономическими отношениями. Например, она изучает стоимостные отношения, но не занимается калькуляцией себестоимости, исследует историю и природу денег, но не занимается банковским делом, изучает природу и механизм производства прибавочной стоимости, но не рассматривает конкретные пропорции её распределения между собственниками факторов производства.

См. также

Примечания

  1. ↑ ANTOINE DE MONTCHRETIE… — Online Information article about ANTOINE DE MONTCHRETIE… (англ.). encyclopedia.jrank.org. Проверено 3 февраля 2018.
  2. Аникин А. В. Юность науки. Жизнь и идеи мыслителей-экономистов до Маркса = 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Политиздат, 1975. — С. 384.
  3. Савельева И. М., Полетаев А. В. История и время. В поисках утраченного. — М.: Языки русской культуры, 1997. — С. 500. — ISBN 5-7859-0026-4., с.105;
  4. Масленников П. В. и др. Введение в специальность. Учебное пособие. — Кемерово: Федеральное агентство по образованию. Кемеровский технологический институт пищевой промышленности, 2007. — С. 108. — ISBN ББК 65:74.58я7., с.81
  5. ↑ Андрианов В. П. Теории меркантилизма.
  6. 1 2 Груневеген, 2004, с. 680.
  7. 1 2 3 Груневеген, 2004, с. 684.
  8. ↑ Груневеген, 2004, с. 685.
  9. ↑ Ср.: Философский словарь. М.: Политиздат, 1975. — с. 5, 101, 148.
  10. Зомбарт, В. Социология. — Л.: Мысль, 1924. — с. 8
  11. ↑ Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе — М.: «Дело Лтд», 1994. ISBN 5-86461-151-4
  12. ↑ Адам Смит «Исследование о природе и причинах богатства народов» (1776 г.)
  13. ↑ А. В. Аникин в книге «Юность науки» также избегает применения термина «наука» к меркантилизму.
  14. под ред. Смирнова А. Д. Критика немарксистских концепций в преподавании политической экономии. — М.: Высшая школа, 1990. — С. 352. — 20 000 экз. — ISBN 5-06-000025-7. , с.33.
  15. 1 2 Покидченко M. Г., Чаплыгина И. Г. История экономических учений. — М.: ИНФРА-М, 2006. — С. 271. — ISBN 5-16-002123-X., с. 69;
  16. 1 2 Перепёлкин Ю. Я. История Древнего Египта. — СПб, 2000. — С. 202.
  17. Gardiner A. H. The Admonitions of an Egyptian Sage from a Hieratic Papyrus in Leiden (Pap. Leiden 344 recto). — Leipzig / Hildesheim, 1909 / 1969. — С. 1—2, 18.
  18. Gardiner A. H. The Admonitions of an Egyptian Sage from a Hieratic Papyrus in Leiden (Pap. Leiden 344 recto). — Leipzig / Hildesheim, 1909 / 1969. — С. 1—2, 18.
  19. Ленин В. И. Три источника и три составных части марксизма. — Полн.собр.соч., т.23.
  20. Сисмонди, С. Новые начала политической экономии, или о богатстве в его отношении к народонаселению. М.: Соцэкгиз, 1937, с.69.
  21. Robbins L. The Nature and Significance of Economic Science, 1932, p.132
  22. ↑ Цит. по: Atkinson, A. B. Economics as a Moral Science. The University of York, 2008. — p.3. Cf.: [www.york.ac.uk/depts/pep/jrf/2008.pdf]
  23. Клинов В. Г. Россия XIX века: актуальные аспекты развития экономической мысли и народнохозяйственной политики // Мировое и национальное хозяйство. — 2009. — № 2.
  24. ↑ Научный коммунизм. — М.: Политиздат, 1988. — С. 463. — ISBN 5-250-00048-7.

Литература

Ссылки

Политическая экономия — Википедия. Что такое Политическая экономия

Полити́ческая эконо́мия, политэконо́мия — одна из общественных наук, предметом изучения которой являются производственные отношения и законы, управляющие их историческим развитием.

Этимология термина

Впервые словосочетание политическая экономия использовал драматург и писатель Антуан Монкретьен в экономическом трактате «Traité d’économie politique» («Трактат о политической экономии», 1615 год). Монкретьен ни до этого, ни после экономических работ не писал. В 1911 году, характеризуя степень самостоятельности трактата, Британская энциклопедия дала заключение: он «в основном базируется на работах Жана Бодена»[1]. Обстоятельства, подвигшие драматурга на написание трактата, были сугубо политическими (автор посвящал его молодому королю Людовику XIII и королеве-матери Марии Медичи[2]). Прекрасный знаток античных языков и литературы, Монкретьен сконструировал термин для обозначения предмета исследования Жана Бодена:

Можно трактовать анаграмму «политическая экономия» → «экономическая политика» как движение от обоснования (теории) к реализации (практике). Однако, в силу своей фундаментальности, политическая экономия не в состоянии учитывать все текущие риски и её выводы могут иметь для политиков скорее рекомендательный характер.

«Ввести в обиход новый термин»[3][4][5], то есть подтвердить его в дискуссиях с коллегами или хотя бы увидеть его в чужих трудах, Монкретьену не было суждено — он погиб через 6 лет (1621 г.) после выхода своего трактата.

Термин «политэкономия» стал использоваться в эпоху Просвещения в конце XVIII в. и до конца XIX в. применялся как современный термин «экономическая наука». С конца XIX в. уже используется термин «экономическая наука» (economics), употребление термина «политэкономия» прекращается[6].

В начале XX в. ряд экономистов пытались вернуться к определению предмета, который изучает экономическая теория, однако, дискуссии на этот счет продолжаются до сих пор, и многие считают теорию лишь инструментом познания.

Дж. М. Кейнс в 1921 г. во «Введении» к серии Cambridge Economics Handbooks заметил: «Экономическая наука является скорей не доктриной, а методом, аппаратом и техникой мышления, которые помогают владеющему ими приходить к правильным выводам»[7]. Это более кратко сформулировала Дж. Робинсон в 1933 г., охарактеризовавшая экономическую науку как «ящик с инструментами»[7].

В 1960-х годах термин «политэкономия» возрождается, но изменяется его содержание[6]. Марксисты же никогда не отказывались от использования термина «политическая экономия» в его первоначальном значении[7].

К 1960-м годам термин «политическая экономия» начинает использоваться праворадикальными либертарианцами из Чикаго и Центра исследований в области общественного выбора. Основной вопрос, который исследуется в рамках современной политической экономии, формулируется так: «Как экономическая наука может содействовать пониманию причин той или иной общественной проблемы?».

В рамках институционализма (Г. Таллок) с помощью инструментов экономической теории изучаются семейные отношения, воспитание детей, смерть, преступность, сексуальные отношения, поведения политиков[8]. Это направление часто называют экономическим империализмом.

Предмет и метод

Категория «политическая экономия» является одним из элементов категории «экономические теории»; соответственно эти термины неравнозначны и не взаимозаменяемы.

Политическая экономия — лишь одна из множества наук, формулирующих экономические теории. При этом в её рамках, как и «внутри» любой другой науки, могут возникать, сосуществовать и даже конкурировать несколько качественно различающихся совокупностей частных теорий.

Группы взаимосвязанных, взаимно непротиворечивых теорий, развиваемых в рамках одной науки, на базе одного и того же предмета, но разными группами учёных, применяющих разные методы и приёмы, складываются в школы и течения научной мысли. Со временем расхождения между ними в области предмета и метода могут достигать критической точки, после которой констатируется появление новых наук, уже со своими, взаимно непротиворечивыми определениями предметов и методов.

Предмет политической экономии: объектом исследования будет социум, социальные связи. Но этот объект изучают и психологи, и социологи, и политологи и т. д. Предметом же политэкономии будут социально-экономические явления, которые складываются в определённых сферах, которые в разные периоды времени были в фокусе внимания политэкономии.

Метод науки — приёмы исследования. Среди методов, общих с большинством других экономических теорий, политическая экономия опирается на:

  • Анализ и синтез. Анализ — расчленение сложного объекта на составляющие. Синтез — интеграция в единое целое частей, свойств, отношений, ранее выделенных по ходу анализа. Синтез дополняет анализ и находится с ним в неразрывном диалектическом единстве;
  • Абстракция — после анализа, отделение существенных характеристик (составляющих) явления от несущественных, производимое по определённому (часто количественному) критерию.
  • Индукция и дедукция. Индукция — тип умозаключения, обеспечивающий переход от единичных фактов к множественным, от частного к общему. Дедукция, в широком смысле — любой вывод вообще; в философском — достоверное доказательство или вывод утверждения на основе законов логики. В дедуктивном выводе следствия находятся в посылках, и извлекаются оттуда путём логического анализа. Индукция и дедукция — не отдельные, самодовлеющие, а обязательно неразрывно взаимосвязанные между собой моменты диалектического познания.[9]

Системный подход — не отдельный метод (как иногда ошибочно указывают, наряду с анализом, синтезом, абстракцией, дедукцией и индукцией), а вся перечисленная совокупность методов, позволяющая рассматривать отдельное явление или процесс как систему, состоящую из определённого количества взаимосвязанных и взаимодействующих между собой элементов.

Методы, специфические для политэкономии, которые могут отсутствовать или иметь второстепенное значение в других экономических теориях, включают:

  • исторический и социологический метод. Поскольку человек входит в предмет политической экономии и как субъект экономических отношений, и как деятельный участник, и как результат экономических процессов, эта наука обязана рассматривать явления в историческом плане, проецируя их на социологический результат. Индуктивно-дедуктивную взаимосвязь этих методов отметил В. Зомбарт:
    ««Исторический подход — это подход к единичному, однократному, социологический же — к повторяющемуся, т.е. к типическому».[10]»

Однако политэкономия не подменяет собой ни историю, ни социологию, перенимая у этих наук не их специфические методы и предметы, а только принципы. Так, историзм есть принцип познания вещей и явлений в их развитии и становлении в связи с конкретными историческими условиями, их определяющими.

Политическая экономия изучает экономику и складывающиеся в ней отношения в части своего предмета, который определяется, таким образом, категорией «Производственные отношения». Это — общественные отношения, складывающиеся в процессе воспроизводства, включающего:

Политическая экономия выявляет закономерности и формулирует экономические законы, управляющие развитием производственных отношений на разных исторических этапах развития экономической деятельности человечества. С целью их различения здесь могут использоваться разные методики, позволяющие выделить качественно различные состояния производительных сил и производственных отношений общества, в частности — специальная категория общественно-экономических формаций.

Сформулировав свой предмет и проведя тем самым разделительную черту с предшествующими этапами развития экономической мысли, в XIX веке политическая экономия, на основе соблюдения этой формулы, проводит дальнейшее размежевание с другими науками и дисциплинами, смежными с ней в области предмета. Это, в частности:товароведения, истории права (в том числе хозяйственного) и народного хозяйства различных стран и регионов, экономической статистики и др. Взаимодействуя с ними, и используя материалы, профессионально и досконально изученные учёными-специалистами в других областях, политическая экономия и сама становится основой зарождения новых наук: истории экономики, эконометрики и др.

Специфические элементы, соответствующие определению предмета политической экономии, появляются в работах «первопроходцев» этой науки (У. Петти, П. де Буагильбера и др.), получая окончательное закрепление в трудах А. Смита, Д. Рикардо, К. Маркса, Ж.-Б. Сэя, Т. Мальтуса, Бастиа и других, работы которых относят к классической политической экономии. Несмотря на схожесть отдельных выводов и законов, формулировавшихся разными «классами», в рамках политической экономии, развивались разные школы и течения экономической мысли. Из них крупнейшим по числу учёных, тиражам научных трудов и продолжительности существования является марксистская политическая экономия (в рамках которой также выделяются различные школы и течения).

С XVIII—XX веков и по сей день политическая экономия является крупным, но не единственным источником социально-экономических теорий. Разграничение между политической экономией и другими смежными науками и дисциплинами проводится по ряду критериев, среди которых социально-исторический компонент, охват интересов всех социальных групп-субъектов производственных отношений, прогноз результатов той или иной экономической политики. Этим критериям в целом отвечают ряд других экономических школ XIX—XX веков, одна из которых в этой связи получила название «Неоклассическая экономическая теория» (восходящая к классической политической экономии).

Генезис предмета политической экономии

Историческим предшественником политической экономии является меркантилизм, предмет исследований которого — сфера обращения. В дальнейшем, по ходу развития политической экономии как науки, основной акцент смещается в сферу производства.

Чёткий категориальный аппарат, однозначные дефиниции, предваряющие рассуждения авторов — важное требование метода политической экономии. Этим она отличается от других произведений на экономическую тематику, не привязанных к строгой категориальной основе. Известная коллизия определений возникает при рассмотрении меркантилизма — исторического этапа развития экономической мысли, хронологически предшествующего возникновению политической экономии. На этот счёт существует две точки зрения.

Согласно одной из историко-экономических традиций[11], Адам Смит — основоположник политической экономии, а меркантилисты (которых он критикует в своём главном труде[12]) — её предшественники. Действительно, по форме подачи трактаты меркантилистов — прагматические предложения (часто в адрес высшей власти), авторы которых (в их числе — купцы, чиновники и другие экономисты-практики). Их главный довод — чисто арифметические расчёты, а не научно-академические рассуждения с переходами от конкретики к абстракции и наоборот. Наконец, по содержанию это — предложения по изменению экономической политики; иными словами это — доктрины. То есть, предшествующий политической экономии меркантилизм (ранний его этап также называется монетарной системой) — не наука в её строгом понимании[13], а один из этапов генезиса экономической мысли; так сказать, предыстория политической экономии.

В некоторых других источниках меркантилизм атрибутирован как одна из экономических теорий. Учитывая, что при этом предмет экономической теории отождествляется с предметом политической экономии, последняя автоматически теряет статус исторически первой экономической науки. Там же могут называть экономистами (в смысле, учёными) и авторов-меркантилистов, хотя к некоторым из них (купцам, чиновникам) это понятие приложимо лишь в общесобирательном смысле «практикующие в экономической сфере финансов и торговли».

Предмет политэкономии в версии А. Смита сформулирован в заголовке его главного труда: «Исследование о природе и причинах богатства народов». Богатство (англ. wealth) как предмет науки понимал и Д. Рикардо. На протяжении XIX века труд Смита играл как просветительскую роль, так и был объектом критики, порождавшей новые концепции в науке. Второе значение wealth — изобилие (а во времена Смита ещё и «процветание»). Но к этому смыслу политэкономы вернулись лишь в XX веке.

Ближайшие к Смиту по времени критики — Симон де Сисмонди (а потом и другой представитель экономического романтизма, П. Прудон) утверждали, что не сами объекты богатства (вещи), а их распределение (и перераспределение) является предметом политэкономии, и её особое предназначение — обеспечить справедливость этого процесса[14]. Ряд исследователей[15] выделяют особенный элемент новизны, который Сисмонди вносит в метод, а именно — ввод морально-этического элемента в состав принципов классической политэкономии[15]:

Политическая экономия — «наука не простого расчёта, а наука моральная»; она вводит в «заблуждение, когда оперирует голыми цифрами, и ведёт к цели лишь тогда, когда приняты во внимание чувства, потребности и страсти людей».

К. Маркс позицию Сисмонди считал мелкобуржуазной, популистской. В поисках фундаментальной, глубинной первоосновы экономических процессов он пошёл по пути философско-абстрактного осмысления их сущности. Маркс сконцентрировал внимание на процессе воспроизводства (производстве, распределении, обмене, потреблении) как едином комплексном целом . Чтобы не отвлекаться на частности, составляющие предмет специальных наук (отраслевых экономик, экономики торговли, маркетинга и пр.), Маркс рассматривал производственные отношения, которые возникают между людьми, занятыми в этих процессах соответственно месту каждого на ступенях социальной пирамиды общества. Эти отношения не субъективно-психологические (межличностные отношения человек-человек), а социально-правовые. С учётом этого сейчас предметом политической экономии являются производственные отношения, то есть отношения по поводу производства, распределения, обмена и потребления благ.

Маркс выступал не только как критик Смита. Отмечая изъяны в его концепции, он нашёл и творчески использовал рациональное зерно в формуле великого шотландца. Расчленив смитовское «богатство» на составляющие — товары (goods), Маркс сугубо абстрактными логическими умозаключениями доказал, что именно товар как категория должен стать отправной точкой в политико-экономических исследованиях. Первые слова 1-й главы I тома «Капитала», посвящённой товару, отдают дань основоположнику науки, как бы вторя заголовку его труда: «Богатство народов…»

Варианты методологии

Чтобы указать на хронологической оси истории экономических учений ту или иную точку отсчёта истории политической экономии, можно использовать различные критерии, в зависимости от специфики задачи, для которой это требуется.

Наиболее ранняя граница определяется формально-терминологически. Это — момент издания исследования, сочинения с таким названием. Для политэкономии это 1615 — год издания «Трактата о политической экономии» А. Монкретьена. Однако автор свои исследования не продолжил (тема была для него в известном смысле случайной), и ни один из ближайших его современников не использовал этот труд в качестве отправной точки последующих разработок науки под этим названием.

Наиболее поздняя граница определяется по строгому академическому признаку — возникновению первого центра систематических коллективных разработок. В этом формальном смысле возникновение политэкономии как академической науки датируется 1805 годом, когда в колледже Haileybury открывается первая кафедра и назначается первый профессор политической экономии (Томас Мальтус). Задел в виде ранее написанных научных трудов, которые послужат отправной точкой дальнейших исследований кафедры, является обязательным условием.

Классификацию предмета и метода осуществляет, в общем, та же группа учёных, которая прокладывает академический путь вновь признанной науке, и потому выбор точки отсчёта ближайшей предыстории науки всегда результат их, в некоторой мере субъективного, выбора. Открываемые впоследствии в других странах новые школы, используя уже данные другими определения предмета и метода, могут доказать «право первородства» для исследований своей страны, и т. д. Так или иначе, первая заявка на приоритет часто остаётся опротестованной, и происходит это не сразу, а к моменту, когда жизненный цикл науки близится к пику.

В дальнейшем, в других европейских странах — в Италии, Германии, России и др. — на волне общего для всей Европы середины XIX века усиления интереса к собственной истории были вновь открыты многие, доселе забытые имена. Используя тот же формальный, предметно-методологический подход, каждая страна открыла заново своих учёных, оставивших для потомков труды, оказавшиеся политико-экономическими. Однако из того, что свою «Книгу о скудости и богатстве» И. Т. Посошков издал в 1724 году, то есть более чем за полвека до почти одноимённого труда Адама Смита (1776), отнюдь не следует вывод, что политическая экономия началась в России.

Воздавая должное учёным каждой страны, современная историография экономических учений склоняется к следующим формулировкам.

Франсуа Кенэ считается основателем школы физиократов (самоназвание «экономисты»), как исторически первого направления классической политической экономии и первой научной школы. В числе основополагающих произведений: «Экономическая таблица Кенэ» (1758) и «Размышления о создании и распределении богатств» Тюрго (1766). Основоположником же научных исследований в этом направлении считается П. Буагильбер (работы 1697—1707).

Адам Смит, встречавшийся с физиократами в 1764—1766, и написавший «Исследование о природе и причинах богатства народов» 10 лет спустя, в 1776, считается основателем школы классической английской политической экономии. Начала которой прослеживаются у ряда ближайших его предшественников, включая У. Петти (труды 1662—1682 гг.). Англия же считается родиной политической экономии как академической науки (первая кафедра открыта в 1805).

Социальная направленность политической экономии

Ликвидация социальной несправедливости и её способ, построение справедливого общества — цель, предпосланная трактатам многих великих мыслителей, начиная с глубокой древности. Уже в древнеегипетских «Речениях Ипувера»[16][17]:

Страна перевернулась как гончарный круг. Бедные стали богатыми, имущие — неимущими… Кто искал быков для пахоты, стал хозяином стада; у кого не было зерна, сам ссужает его; кто не мастерил себе лодки, стал владельцем кораблей; прежний хозяин смотрит на них, но они уже не его.

Игнорировать эту проблему самоубийственно, ведь альтернатива — социальные потрясения, революции, кровопролитие[16][18]:

Зависимые люди стали хозяевами людей… кто был на посылках, сам посылает другого… Должностные лица разогнаны по всей стране; законы выброшены вон и по ним ходят, ничтожные люди бродят взад и вперёд по главным судилищам; вскрыта палата, изъяты податные сказки; царские склады и жито стали достоянием любого… Горстка беззаконников лишила страну царства; что скрывала пирамида, то пусто: царь вынут…

Это древнейшее из документальных свидетельств первой из известных на сегодня социальных революций в истории человечества. Одновременно этот трактат — и первая попытка указать на опаснейший по своим последствиям тип несправедливости, а именно — в экономических отношениях, в отношениях собственности, в распределении благ. Те же вопросы изучали и античные философы, у которых проблемы экономические неотъемлемы от проблем этики и морали. В Новое время задачи преобразования общества на социалистических принципах, необходимости справедливого переустройства общественных отношений (и в том числе экономических) входят в предмет особого течения — теорий утопического социализма (см. по ссылке). Хотя экономические отношения и являются одним из их предметов, методологически труды социалистов-утопистов домарксового периода стоят вне политической экономии: наряду с буржуазной политической экономией утопический социализм является одним из трёх источников марксизма, предшествующих ему[19]. Однако приоритет во введении задачи устранения социальной несправедливости в число важнейших целевых функций политической экономии — не за Карлом Марксом, а за его предшественником, С. Сисмонди[20]:

«люди объединились в общество…, чтобы обеспечить себе счастье»

По ходу трансформации буржуазной политической экономии в экономикс (в альтернативной трактовке процесса — после завершения её кризиса «умиранием» этой науки с заменой на экономикс) часть буржуазных политэкономов намеренно исключила из своей науки весь этико-социальный компонент. Эту позицию выразил, в числе других, в 1932 году Лайонел Роббинс:

Экономика имеет дело с удостоверяемыми фактами, а этика — с оценками и обязанностями. Эти две области исследования не лежат в одной плоскости рассуждений[21].

Оригинальный текст (англ.)

Economics deals with ascertainable facts; ethics with valuations and obligations. The two fields of enquiry are not on the same plane of discourse.

Категорическое несогласие с этой позицией выразил Дж. М. Кейнс:

Вопреки Роббинсу, экономика является морально-этической наукой по своей сущности. Она, так сказать, берёт на службу метод самонаблюдения и выносит суждения о цене[22].

Оригинальный текст (англ.)

As against Robbins, Economics is essentially a moral science. That is to say, it employs introspection and judgement of value.

Политическая экономия по странам

Англия. Первым профессором кафедры политической экономии стал сэр Томас Роберт Мальтус.

Италия. Вплоть до настоящего времени политическая экономия развивается как наука и изучается как предмет (см. Economia politica).

Дореволюционная Россия. Интересно, что из допросов декабристов был сделан вывод, что для пресечения зла вольнодумства необходимо изъять политическую экономию из учебных планов (хотя до этого дело не дошло)[23].

Советский Союз.

Марксизм-ленинизм опирался на единый и концептуально взаимосвязанный комплекс трёх наук: философии (диалектический и исторический материализм), политической экономии и научного коммунизма. Несмотря на мощную социально-политическую составляющую в постановке задач марксистской политической экономии, не она (как иногда ошибочно полагают), а именно научный коммунизм брал на себя в этой связке главенствующую роль социально-политической теории марксизма-ленинизма. Ср.:

Раздел I. Научный коммунизм — составная часть марксизма-ленинизма.

Глава I. Предмет и метод научного коммунизма.

§ 1. Научный коммунизм — социально-политическая теория марксизма-ленинизма.[24]

В советской экономической науке марксистская политическая экономия рассматривалась как базовый принцип ведения народного хозяйства, на её основе разрабатывался плановый характер экономического развития с конечной целью упразднения товарно-денежных отношений.

Политическая экономия как наука носила и носит фундаментальный характер и является методологической базой для других экономических наук. При этом она ограничена в своём предмете исследованием непосредственно экономическими отношениями. Например, она изучает стоимостные отношения, но не занимается калькуляцией себестоимости, исследует историю и природу денег, но не занимается банковским делом, изучает природу и механизм производства прибавочной стоимости, но не рассматривает конкретные пропорции её распределения между собственниками факторов производства.

См. также

Примечания

  1. ↑ ANTOINE DE MONTCHRETIE… — Online Information article about ANTOINE DE MONTCHRETIE… (англ.). encyclopedia.jrank.org. Проверено 3 февраля 2018.
  2. Аникин А. В. Юность науки. Жизнь и идеи мыслителей-экономистов до Маркса = 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Политиздат, 1975. — С. 384.
  3. Савельева И. М., Полетаев А. В. История и время. В поисках утраченного. — М.: Языки русской культуры, 1997. — С. 500. — ISBN 5-7859-0026-4., с.105;
  4. Масленников П. В. и др. Введение в специальность. Учебное пособие. — Кемерово: Федеральное агентство по образованию. Кемеровский технологический институт пищевой промышленности, 2007. — С. 108. — ISBN ББК 65:74.58я7., с.81
  5. ↑ Андрианов В. П. Теории меркантилизма.
  6. 1 2 Груневеген, 2004, с. 680.
  7. 1 2 3 Груневеген, 2004, с. 684.
  8. ↑ Груневеген, 2004, с. 685.
  9. ↑ Ср.: Философский словарь. М.: Политиздат, 1975. — с. 5, 101, 148.
  10. Зомбарт, В. Социология. — Л.: Мысль, 1924. — с. 8
  11. ↑ Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе — М.: «Дело Лтд», 1994. ISBN 5-86461-151-4
  12. ↑ Адам Смит «Исследование о природе и причинах богатства народов» (1776 г.)
  13. ↑ А. В. Аникин в книге «Юность науки» также избегает применения термина «наука» к меркантилизму.
  14. под ред. Смирнова А. Д. Критика немарксистских концепций в преподавании политической экономии. — М.: Высшая школа, 1990. — С. 352. — 20 000 экз. — ISBN 5-06-000025-7. , с.33.
  15. 1 2 Покидченко M. Г., Чаплыгина И. Г. История экономических учений. — М.: ИНФРА-М, 2006. — С. 271. — ISBN 5-16-002123-X., с. 69;
  16. 1 2 Перепёлкин Ю. Я. История Древнего Египта. — СПб, 2000. — С. 202.
  17. Gardiner A. H. The Admonitions of an Egyptian Sage from a Hieratic Papyrus in Leiden (Pap. Leiden 344 recto). — Leipzig / Hildesheim, 1909 / 1969. — С. 1—2, 18.
  18. Gardiner A. H. The Admonitions of an Egyptian Sage from a Hieratic Papyrus in Leiden (Pap. Leiden 344 recto). — Leipzig / Hildesheim, 1909 / 1969. — С. 1—2, 18.
  19. Ленин В. И. Три источника и три составных части марксизма. — Полн.собр.соч., т.23.
  20. Сисмонди, С. Новые начала политической экономии, или о богатстве в его отношении к народонаселению. М.: Соцэкгиз, 1937, с.69.
  21. Robbins L. The Nature and Significance of Economic Science, 1932, p.132
  22. ↑ Цит. по: Atkinson, A. B. Economics as a Moral Science. The University of York, 2008. — p.3. Cf.: [www.york.ac.uk/depts/pep/jrf/2008.pdf]
  23. Клинов В. Г. Россия XIX века: актуальные аспекты развития экономической мысли и народнохозяйственной политики // Мировое и национальное хозяйство. — 2009. — № 2.
  24. ↑ Научный коммунизм. — М.: Политиздат, 1988. — С. 463. — ISBN 5-250-00048-7.

Литература

Ссылки

Политическая экономия — Википедия. Что такое Политическая экономия

Полити́ческая эконо́мия, политэконо́мия — одна из общественных наук, предметом изучения которой являются производственные отношения и законы, управляющие их историческим развитием.

Этимология термина

Впервые словосочетание политическая экономия использовал драматург и писатель Антуан Монкретьен в экономическом трактате «Traité d’économie politique» («Трактат о политической экономии», 1615 год). Монкретьен ни до этого, ни после экономических работ не писал. В 1911 году, характеризуя степень самостоятельности трактата, Британская энциклопедия дала заключение: он «в основном базируется на работах Жана Бодена»[1]. Обстоятельства, подвигшие драматурга на написание трактата, были сугубо политическими (автор посвящал его молодому королю Людовику XIII и королеве-матери Марии Медичи[2]). Прекрасный знаток античных языков и литературы, Монкретьен сконструировал термин для обозначения предмета исследования Жана Бодена:

Можно трактовать анаграмму «политическая экономия» → «экономическая политика» как движение от обоснования (теории) к реализации (практике). Однако, в силу своей фундаментальности, политическая экономия не в состоянии учитывать все текущие риски и её выводы могут иметь для политиков скорее рекомендательный характер.

«Ввести в обиход новый термин»[3][4][5], то есть подтвердить его в дискуссиях с коллегами или хотя бы увидеть его в чужих трудах, Монкретьену не было суждено — он погиб через 6 лет (1621 г.) после выхода своего трактата.

Термин «политэкономия» стал использоваться в эпоху Просвещения в конце XVIII в. и до конца XIX в. применялся как современный термин «экономическая наука». С конца XIX в. уже используется термин «экономическая наука» (economics), употребление термина «политэкономия» прекращается[6].

В начале XX в. ряд экономистов пытались вернуться к определению предмета, который изучает экономическая теория, однако, дискуссии на этот счет продолжаются до сих пор, и многие считают теорию лишь инструментом познания.

Дж. М. Кейнс в 1921 г. во «Введении» к серии Cambridge Economics Handbooks заметил: «Экономическая наука является скорей не доктриной, а методом, аппаратом и техникой мышления, которые помогают владеющему ими приходить к правильным выводам»[7]. Это более кратко сформулировала Дж. Робинсон в 1933 г., охарактеризовавшая экономическую науку как «ящик с инструментами»[7].

В 1960-х годах термин «политэкономия» возрождается, но изменяется его содержание[6]. Марксисты же никогда не отказывались от использования термина «политическая экономия» в его первоначальном значении[7].

К 1960-м годам термин «политическая экономия» начинает использоваться праворадикальными либертарианцами из Чикаго и Центра исследований в области общественного выбора. Основной вопрос, который исследуется в рамках современной политической экономии, формулируется так: «Как экономическая наука может содействовать пониманию причин той или иной общественной проблемы?».

В рамках институционализма (Г. Таллок) с помощью инструментов экономической теории изучаются семейные отношения, воспитание детей, смерть, преступность, сексуальные отношения, поведения политиков[8]. Это направление часто называют экономическим империализмом.

Предмет и метод

Категория «политическая экономия» является одним из элементов категории «экономические теории»; соответственно эти термины неравнозначны и не взаимозаменяемы.

Политическая экономия — лишь одна из множества наук, формулирующих экономические теории. При этом в её рамках, как и «внутри» любой другой науки, могут возникать, сосуществовать и даже конкурировать несколько качественно различающихся совокупностей частных теорий.

Группы взаимосвязанных, взаимно непротиворечивых теорий, развиваемых в рамках одной науки, на базе одного и того же предмета, но разными группами учёных, применяющих разные методы и приёмы, складываются в школы и течения научной мысли. Со временем расхождения между ними в области предмета и метода могут достигать критической точки, после которой констатируется появление новых наук, уже со своими, взаимно непротиворечивыми определениями предметов и методов.

Предмет политической экономии: объектом исследования будет социум, социальные связи. Но этот объект изучают и психологи, и социологи, и политологи и т. д. Предметом же политэкономии будут социально-экономические явления, которые складываются в определённых сферах, которые в разные периоды времени были в фокусе внимания политэкономии.

Метод науки — приёмы исследования. Среди методов, общих с большинством других экономических теорий, политическая экономия опирается на:

  • Анализ и синтез. Анализ — расчленение сложного объекта на составляющие. Синтез — интеграция в единое целое частей, свойств, отношений, ранее выделенных по ходу анализа. Синтез дополняет анализ и находится с ним в неразрывном диалектическом единстве;
  • Абстракция — после анализа, отделение существенных характеристик (составляющих) явления от несущественных, производимое по определённому (часто количественному) критерию.
  • Индукция и дедукция. Индукция — тип умозаключения, обеспечивающий переход от единичных фактов к множественным, от частного к общему. Дедукция, в широком смысле — любой вывод вообще; в философском — достоверное доказательство или вывод утверждения на основе законов логики. В дедуктивном выводе следствия находятся в посылках, и извлекаются оттуда путём логического анализа. Индукция и дедукция — не отдельные, самодовлеющие, а обязательно неразрывно взаимосвязанные между собой моменты диалектического познания.[9]

Системный подход — не отдельный метод (как иногда ошибочно указывают, наряду с анализом, синтезом, абстракцией, дедукцией и индукцией), а вся перечисленная совокупность методов, позволяющая рассматривать отдельное явление или процесс как систему, состоящую из определённого количества взаимосвязанных и взаимодействующих между собой элементов.

Методы, специфические для политэкономии, которые могут отсутствовать или иметь второстепенное значение в других экономических теориях, включают:

  • исторический и социологический метод. Поскольку человек входит в предмет политической экономии и как субъект экономических отношений, и как деятельный участник, и как результат экономических процессов, эта наука обязана рассматривать явления в историческом плане, проецируя их на социологический результат. Индуктивно-дедуктивную взаимосвязь этих методов отметил В. Зомбарт:
    ««Исторический подход — это подход к единичному, однократному, социологический же — к повторяющемуся, т.е. к типическому».[10]»

Однако политэкономия не подменяет собой ни историю, ни социологию, перенимая у этих наук не их специфические методы и предметы, а только принципы. Так, историзм есть принцип познания вещей и явлений в их развитии и становлении в связи с конкретными историческими условиями, их определяющими.

Политическая экономия изучает экономику и складывающиеся в ней отношения в части своего предмета, который определяется, таким образом, категорией «Производственные отношения». Это — общественные отношения, складывающиеся в процессе воспроизводства, включающего:

Политическая экономия выявляет закономерности и формулирует экономические законы, управляющие развитием производственных отношений на разных исторических этапах развития экономической деятельности человечества. С целью их различения здесь могут использоваться разные методики, позволяющие выделить качественно различные состояния производительных сил и производственных отношений общества, в частности — специальная категория общественно-экономических формаций.

Сформулировав свой предмет и проведя тем самым разделительную черту с предшествующими этапами развития экономической мысли, в XIX веке политическая экономия, на основе соблюдения этой формулы, проводит дальнейшее размежевание с другими науками и дисциплинами, смежными с ней в области предмета. Это, в частности:товароведения, истории права (в том числе хозяйственного) и народного хозяйства различных стран и регионов, экономической статистики и др. Взаимодействуя с ними, и используя материалы, профессионально и досконально изученные учёными-специалистами в других областях, политическая экономия и сама становится основой зарождения новых наук: истории экономики, эконометрики и др.

Специфические элементы, соответствующие определению предмета политической экономии, появляются в работах «первопроходцев» этой науки (У. Петти, П. де Буагильбера и др.), получая окончательное закрепление в трудах А. Смита, Д. Рикардо, К. Маркса, Ж.-Б. Сэя, Т. Мальтуса, Бастиа и других, работы которых относят к классической политической экономии. Несмотря на схожесть отдельных выводов и законов, формулировавшихся разными «классами», в рамках политической экономии, развивались разные школы и течения экономической мысли. Из них крупнейшим по числу учёных, тиражам научных трудов и продолжительности существования является марксистская политическая экономия (в рамках которой также выделяются различные школы и течения).

С XVIII—XX веков и по сей день политическая экономия является крупным, но не единственным источником социально-экономических теорий. Разграничение между политической экономией и другими смежными науками и дисциплинами проводится по ряду критериев, среди которых социально-исторический компонент, охват интересов всех социальных групп-субъектов производственных отношений, прогноз результатов той или иной экономической политики. Этим критериям в целом отвечают ряд других экономических школ XIX—XX веков, одна из которых в этой связи получила название «Неоклассическая экономическая теория» (восходящая к классической политической экономии).

Генезис предмета политической экономии

Историческим предшественником политической экономии является меркантилизм, предмет исследований которого — сфера обращения. В дальнейшем, по ходу развития политической экономии как науки, основной акцент смещается в сферу производства.

Чёткий категориальный аппарат, однозначные дефиниции, предваряющие рассуждения авторов — важное требование метода политической экономии. Этим она отличается от других произведений на экономическую тематику, не привязанных к строгой категориальной основе. Известная коллизия определений возникает при рассмотрении меркантилизма — исторического этапа развития экономической мысли, хронологически предшествующего возникновению политической экономии. На этот счёт существует две точки зрения.

Согласно одной из историко-экономических традиций[11], Адам Смит — основоположник политической экономии, а меркантилисты (которых он критикует в своём главном труде[12]) — её предшественники. Действительно, по форме подачи трактаты меркантилистов — прагматические предложения (часто в адрес высшей власти), авторы которых (в их числе — купцы, чиновники и другие экономисты-практики). Их главный довод — чисто арифметические расчёты, а не научно-академические рассуждения с переходами от конкретики к абстракции и наоборот. Наконец, по содержанию это — предложения по изменению экономической политики; иными словами это — доктрины. То есть, предшествующий политической экономии меркантилизм (ранний его этап также называется монетарной системой) — не наука в её строгом понимании[13], а один из этапов генезиса экономической мысли; так сказать, предыстория политической экономии.

В некоторых других источниках меркантилизм атрибутирован как одна из экономических теорий. Учитывая, что при этом предмет экономической теории отождествляется с предметом политической экономии, последняя автоматически теряет статус исторически первой экономической науки. Там же могут называть экономистами (в смысле, учёными) и авторов-меркантилистов, хотя к некоторым из них (купцам, чиновникам) это понятие приложимо лишь в общесобирательном смысле «практикующие в экономической сфере финансов и торговли».

Предмет политэкономии в версии А. Смита сформулирован в заголовке его главного труда: «Исследование о природе и причинах богатства народов». Богатство (англ. wealth) как предмет науки понимал и Д. Рикардо. На протяжении XIX века труд Смита играл как просветительскую роль, так и был объектом критики, порождавшей новые концепции в науке. Второе значение wealth — изобилие (а во времена Смита ещё и «процветание»). Но к этому смыслу политэкономы вернулись лишь в XX веке.

Ближайшие к Смиту по времени критики — Симон де Сисмонди (а потом и другой представитель экономического романтизма, П. Прудон) утверждали, что не сами объекты богатства (вещи), а их распределение (и перераспределение) является предметом политэкономии, и её особое предназначение — обеспечить справедливость этого процесса[14]. Ряд исследователей[15] выделяют особенный элемент новизны, который Сисмонди вносит в метод, а именно — ввод морально-этического элемента в состав принципов классической политэкономии[15]:

Политическая экономия — «наука не простого расчёта, а наука моральная»; она вводит в «заблуждение, когда оперирует голыми цифрами, и ведёт к цели лишь тогда, когда приняты во внимание чувства, потребности и страсти людей».

К. Маркс позицию Сисмонди считал мелкобуржуазной, популистской. В поисках фундаментальной, глубинной первоосновы экономических процессов он пошёл по пути философско-абстрактного осмысления их сущности. Маркс сконцентрировал внимание на процессе воспроизводства (производстве, распределении, обмене, потреблении) как едином комплексном целом . Чтобы не отвлекаться на частности, составляющие предмет специальных наук (отраслевых экономик, экономики торговли, маркетинга и пр.), Маркс рассматривал производственные отношения, которые возникают между людьми, занятыми в этих процессах соответственно месту каждого на ступенях социальной пирамиды общества. Эти отношения не субъективно-психологические (межличностные отношения человек-человек), а социально-правовые. С учётом этого сейчас предметом политической экономии являются производственные отношения, то есть отношения по поводу производства, распределения, обмена и потребления благ.

Маркс выступал не только как критик Смита. Отмечая изъяны в его концепции, он нашёл и творчески использовал рациональное зерно в формуле великого шотландца. Расчленив смитовское «богатство» на составляющие — товары (goods), Маркс сугубо абстрактными логическими умозаключениями доказал, что именно товар как категория должен стать отправной точкой в политико-экономических исследованиях. Первые слова 1-й главы I тома «Капитала», посвящённой товару, отдают дань основоположнику науки, как бы вторя заголовку его труда: «Богатство народов…»

Варианты методологии

Чтобы указать на хронологической оси истории экономических учений ту или иную точку отсчёта истории политической экономии, можно использовать различные критерии, в зависимости от специфики задачи, для которой это требуется.

Наиболее ранняя граница определяется формально-терминологически. Это — момент издания исследования, сочинения с таким названием. Для политэкономии это 1615 — год издания «Трактата о политической экономии» А. Монкретьена. Однако автор свои исследования не продолжил (тема была для него в известном смысле случайной), и ни один из ближайших его современников не использовал этот труд в качестве отправной точки последующих разработок науки под этим названием.

Наиболее поздняя граница определяется по строгому академическому признаку — возникновению первого центра систематических коллективных разработок. В этом формальном смысле возникновение политэкономии как академической науки датируется 1805 годом, когда в колледже Haileybury открывается первая кафедра и назначается первый профессор политической экономии (Томас Мальтус). Задел в виде ранее написанных научных трудов, которые послужат отправной точкой дальнейших исследований кафедры, является обязательным условием.

Классификацию предмета и метода осуществляет, в общем, та же группа учёных, которая прокладывает академический путь вновь признанной науке, и потому выбор точки отсчёта ближайшей предыстории науки всегда результат их, в некоторой мере субъективного, выбора. Открываемые впоследствии в других странах новые школы, используя уже данные другими определения предмета и метода, могут доказать «право первородства» для исследований своей страны, и т. д. Так или иначе, первая заявка на приоритет часто остаётся опротестованной, и происходит это не сразу, а к моменту, когда жизненный цикл науки близится к пику.

В дальнейшем, в других европейских странах — в Италии, Германии, России и др. — на волне общего для всей Европы середины XIX века усиления интереса к собственной истории были вновь открыты многие, доселе забытые имена. Используя тот же формальный, предметно-методологический подход, каждая страна открыла заново своих учёных, оставивших для потомков труды, оказавшиеся политико-экономическими. Однако из того, что свою «Книгу о скудости и богатстве» И. Т. Посошков издал в 1724 году, то есть более чем за полвека до почти одноимённого труда Адама Смита (1776), отнюдь не следует вывод, что политическая экономия началась в России.

Воздавая должное учёным каждой страны, современная историография экономических учений склоняется к следующим формулировкам.

Франсуа Кенэ считается основателем школы физиократов (самоназвание «экономисты»), как исторически первого направления классической политической экономии и первой научной школы. В числе основополагающих произведений: «Экономическая таблица Кенэ» (1758) и «Размышления о создании и распределении богатств» Тюрго (1766). Основоположником же научных исследований в этом направлении считается П. Буагильбер (работы 1697—1707).

Адам Смит, встречавшийся с физиократами в 1764—1766, и написавший «Исследование о природе и причинах богатства народов» 10 лет спустя, в 1776, считается основателем школы классической английской политической экономии. Начала которой прослеживаются у ряда ближайших его предшественников, включая У. Петти (труды 1662—1682 гг.). Англия же считается родиной политической экономии как академической науки (первая кафедра открыта в 1805).

Социальная направленность политической экономии

Ликвидация социальной несправедливости и её способ, построение справедливого общества — цель, предпосланная трактатам многих великих мыслителей, начиная с глубокой древности. Уже в древнеегипетских «Речениях Ипувера»[16][17]:

Страна перевернулась как гончарный круг. Бедные стали богатыми, имущие — неимущими… Кто искал быков для пахоты, стал хозяином стада; у кого не было зерна, сам ссужает его; кто не мастерил себе лодки, стал владельцем кораблей; прежний хозяин смотрит на них, но они уже не его.

Игнорировать эту проблему самоубийственно, ведь альтернатива — социальные потрясения, революции, кровопролитие[16][18]:

Зависимые люди стали хозяевами людей… кто был на посылках, сам посылает другого… Должностные лица разогнаны по всей стране; законы выброшены вон и по ним ходят, ничтожные люди бродят взад и вперёд по главным судилищам; вскрыта палата, изъяты податные сказки; царские склады и жито стали достоянием любого… Горстка беззаконников лишила страну царства; что скрывала пирамида, то пусто: царь вынут…

Это древнейшее из документальных свидетельств первой из известных на сегодня социальных революций в истории человечества. Одновременно этот трактат — и первая попытка указать на опаснейший по своим последствиям тип несправедливости, а именно — в экономических отношениях, в отношениях собственности, в распределении благ. Те же вопросы изучали и античные философы, у которых проблемы экономические неотъемлемы от проблем этики и морали. В Новое время задачи преобразования общества на социалистических принципах, необходимости справедливого переустройства общественных отношений (и в том числе экономических) входят в предмет особого течения — теорий утопического социализма (см. по ссылке). Хотя экономические отношения и являются одним из их предметов, методологически труды социалистов-утопистов домарксового периода стоят вне политической экономии: наряду с буржуазной политической экономией утопический социализм является одним из трёх источников марксизма, предшествующих ему[19]. Однако приоритет во введении задачи устранения социальной несправедливости в число важнейших целевых функций политической экономии — не за Карлом Марксом, а за его предшественником, С. Сисмонди[20]:

«люди объединились в общество…, чтобы обеспечить себе счастье»

По ходу трансформации буржуазной политической экономии в экономикс (в альтернативной трактовке процесса — после завершения её кризиса «умиранием» этой науки с заменой на экономикс) часть буржуазных политэкономов намеренно исключила из своей науки весь этико-социальный компонент. Эту позицию выразил, в числе других, в 1932 году Лайонел Роббинс:

Экономика имеет дело с удостоверяемыми фактами, а этика — с оценками и обязанностями. Эти две области исследования не лежат в одной плоскости рассуждений[21].

Оригинальный текст (англ.)

Economics deals with ascertainable facts; ethics with valuations and obligations. The two fields of enquiry are not on the same plane of discourse.

Категорическое несогласие с этой позицией выразил Дж. М. Кейнс:

Вопреки Роббинсу, экономика является морально-этической наукой по своей сущности. Она, так сказать, берёт на службу метод самонаблюдения и выносит суждения о цене[22].

Оригинальный текст (англ.)

As against Robbins, Economics is essentially a moral science. That is to say, it employs introspection and judgement of value.

Политическая экономия по странам

Англия. Первым профессором кафедры политической экономии стал сэр Томас Роберт Мальтус.

Италия. Вплоть до настоящего времени политическая экономия развивается как наука и изучается как предмет (см. Economia politica).

Дореволюционная Россия. Интересно, что из допросов декабристов был сделан вывод, что для пресечения зла вольнодумства необходимо изъять политическую экономию из учебных планов (хотя до этого дело не дошло)[23].

Советский Союз.

Марксизм-ленинизм опирался на единый и концептуально взаимосвязанный комплекс трёх наук: философии (диалектический и исторический материализм), политической экономии и научного коммунизма. Несмотря на мощную социально-политическую составляющую в постановке задач марксистской политической экономии, не она (как иногда ошибочно полагают), а именно научный коммунизм брал на себя в этой связке главенствующую роль социально-политической теории марксизма-ленинизма. Ср.:

Раздел I. Научный коммунизм — составная часть марксизма-ленинизма.

Глава I. Предмет и метод научного коммунизма.

§ 1. Научный коммунизм — социально-политическая теория марксизма-ленинизма.[24]

В советской экономической науке марксистская политическая экономия рассматривалась как базовый принцип ведения народного хозяйства, на её основе разрабатывался плановый характер экономического развития с конечной целью упразднения товарно-денежных отношений.

Политическая экономия как наука носила и носит фундаментальный характер и является методологической базой для других экономических наук. При этом она ограничена в своём предмете исследованием непосредственно экономическими отношениями. Например, она изучает стоимостные отношения, но не занимается калькуляцией себестоимости, исследует историю и природу денег, но не занимается банковским делом, изучает природу и механизм производства прибавочной стоимости, но не рассматривает конкретные пропорции её распределения между собственниками факторов производства.

См. также

Примечания

  1. ↑ ANTOINE DE MONTCHRETIE… — Online Information article about ANTOINE DE MONTCHRETIE… (англ.). encyclopedia.jrank.org. Проверено 3 февраля 2018.
  2. Аникин А. В. Юность науки. Жизнь и идеи мыслителей-экономистов до Маркса = 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Политиздат, 1975. — С. 384.
  3. Савельева И. М., Полетаев А. В. История и время. В поисках утраченного. — М.: Языки русской культуры, 1997. — С. 500. — ISBN 5-7859-0026-4., с.105;
  4. Масленников П. В. и др. Введение в специальность. Учебное пособие. — Кемерово: Федеральное агентство по образованию. Кемеровский технологический институт пищевой промышленности, 2007. — С. 108. — ISBN ББК 65:74.58я7., с.81
  5. ↑ Андрианов В. П. Теории меркантилизма.
  6. 1 2 Груневеген, 2004, с. 680.
  7. 1 2 3 Груневеген, 2004, с. 684.
  8. ↑ Груневеген, 2004, с. 685.
  9. ↑ Ср.: Философский словарь. М.: Политиздат, 1975. — с. 5, 101, 148.
  10. Зомбарт, В. Социология. — Л.: Мысль, 1924. — с. 8
  11. ↑ Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе — М.: «Дело Лтд», 1994. ISBN 5-86461-151-4
  12. ↑ Адам Смит «Исследование о природе и причинах богатства народов» (1776 г.)
  13. ↑ А. В. Аникин в книге «Юность науки» также избегает применения термина «наука» к меркантилизму.
  14. под ред. Смирнова А. Д. Критика немарксистских концепций в преподавании политической экономии. — М.: Высшая школа, 1990. — С. 352. — 20 000 экз. — ISBN 5-06-000025-7. , с.33.
  15. 1 2 Покидченко M. Г., Чаплыгина И. Г. История экономических учений. — М.: ИНФРА-М, 2006. — С. 271. — ISBN 5-16-002123-X., с. 69;
  16. 1 2 Перепёлкин Ю. Я. История Древнего Египта. — СПб, 2000. — С. 202.
  17. Gardiner A. H. The Admonitions of an Egyptian Sage from a Hieratic Papyrus in Leiden (Pap. Leiden 344 recto). — Leipzig / Hildesheim, 1909 / 1969. — С. 1—2, 18.
  18. Gardiner A. H. The Admonitions of an Egyptian Sage from a Hieratic Papyrus in Leiden (Pap. Leiden 344 recto). — Leipzig / Hildesheim, 1909 / 1969. — С. 1—2, 18.
  19. Ленин В. И. Три источника и три составных части марксизма. — Полн.собр.соч., т.23.
  20. Сисмонди, С. Новые начала политической экономии, или о богатстве в его отношении к народонаселению. М.: Соцэкгиз, 1937, с.69.
  21. Robbins L. The Nature and Significance of Economic Science, 1932, p.132
  22. ↑ Цит. по: Atkinson, A. B. Economics as a Moral Science. The University of York, 2008. — p.3. Cf.: [www.york.ac.uk/depts/pep/jrf/2008.pdf]
  23. Клинов В. Г. Россия XIX века: актуальные аспекты развития экономической мысли и народнохозяйственной политики // Мировое и национальное хозяйство. — 2009. — № 2.
  24. ↑ Научный коммунизм. — М.: Политиздат, 1988. — С. 463. — ISBN 5-250-00048-7.

Литература

Ссылки

1. Что изучает политическая экономия.

karl20marxux1(Материал подготовлен в рамках курса «Политическая экономия капитализма»)

  1. Что изучает политическая экономия.

Сначала немного о происхождении слова «политэко­номия». Это слово состоит из греческих cлов: «политейа», что означает общественное устройство, и «ойкономиа», которое в свою очередь образовалось в результате слияния двух слов: «ойкос» — домохозяйство и «номос» — закон. В буквальном смысле слово «политэко­номия» означает науку о законах хозяйства.

Как самостоятельная наука политическая эконо­мия начала развиваться с возникновением капитализ­ма — с XVI в. Буржуазные ученые предприняли много попыток определить предмет этой науки. В наиболь­шей степени вопросы политической экономии были раз­работаны классиками буржуазной политической эко­номии, и прежде всего английскими учеными А. Сми­том и Д. Рикардо.

Но подлинной наукой политическая экономия стала после революционного переворота, совершенного в ней великими учителями рабочего класса Карлом Мар­ксом и Фридрихом Энгельсом. Там, где буржуазные экономисты рассматривали экономические явления — товар, деньги, капитал — как отношения между веща­ми, Маркс вскрыл отношения между людьми, класса­ми, отношения, складывающиеся в процессе производ­ства материальных благ. Марксистская политическая экономия дает единственно правильное, научное объ­яснение явлениям экономической жизни общества.

Великий продолжатель дела К. Маркса и Ф. Эн­гельса — В. И. Ленин развил дальше марксистское экономическое учение. Обобщив новый опыт экономи­ческого и политического развития человечества, он co­здал учение об империализме как последней стадии развития капитализма. Основы политической экономии социализма заложили советские ученые, среди которых выдающаяся роль принадлежит И.В.Сталину.

Марксистско-ленинская политическая экономия изучает отношения, которые складываются между людьми в процессе производства материальных благ, т. е. производственные отношения, законы их раз­вития. Но производственные отношения существуют во взаимной связи с производительными силами. Поэто­му политическая экономия изучает производственные отношения как форму развития производительных сил каждой общественно-экономической формации. Она раскрывает внутреннее противоречие между этими двумя сторонами того или иного способа производства как источник его движения.

Политическая экономия — наука историческая, так как она рассматривает экономические отношения в их возникновении, развитии и исчезновении. «…Политиче­ская экономия, — писал Ф. Энгельс, — по своему суще­ству — историческая наука. Она имеет дело с истори­ческим, т. е. постоянно изменяющимся материалом; она исследует прежде всего особые законы каждой от­дельной ступени развития производства и обмена, и лишь в конце этого исследования она может устано­вить немногие, совершенно общие законы, примени­мые к производству и обмену вообще».

Несмотря на то, что политэкономия изучает различные исторические эпохи, и в СССР существовали даже учебники с названиями «Политическая экономия капитализма», «Политическая экономия социализма» и «Политическая экономия докапиталистических форма­ций», это вовсе не означает, что существуют раз­личные науки — одна для капитализма, другая для социализма и т. д. Марксистская политическая эконо­мия — единая наука, которая изучает производст­венные отношения каждого способа производства в соответствии с его специфическими экономическими законами. В том и заключается задача политической экономии, чтобы, раскрыв содержание этих законов, показать характер производственных отношений дан­ного способа производства и его связь с прошлым и будущим развитием человечества, как из одной формации вырастает другая, как вырастающие производительные силы подготавливают и создают новые производственные отношения.

Итак, политическая экономия есть наука о развитии производственных отношений людей. Она выясняет экономические законы развития производства, распре­деления, обмена и потребления материальных благ на различных ступенях общественного развития.

Политическая экономия — наука классовая, пар­тийная. Иначе и не может быть: выясняя сущность про­изводственных отношений, политэкономия раскрывает причину происхождения классов, содержание классовых инте­ресов и тем самым показывает неизбежность борьбы между классами с непримиримыми интересами. Зако­ны и выводы политической экономии затрагивают ко­ренные интересы всех классов. И вполне закономерно, что каждый класс по-своему истолковывает экономи­ческие явления — буржуазия предпочитает их скрывать, а рабочий класс прямо говорит то, что есть.

В капиталистическом обществе существуют два ос­новных класса: буржуазия и пролетариат. Соответст­венно этому формировались буржуазная политическая экономия и пролетарская политическая экономия. Су­ществование различных групп мелкой буржуазии обус­ловило возникновение мелкобуржуазной политической экономии.

В период борьбы против феодализма буржуазия была передовым классом. Тогда она была заинтересо­вана в научном освещении экономических явлений, по­скольку ее классовые интересы совпадали с объектив­ным ходом исторического развития.

Но, став господствующим классом общества, бур­жуазия перестала быть прогрессивной. Когда на исто­рическую арену вышел рабочий класс, буржуазия и ее экономисты были заинтересованы только в одном — защитить и сохранить капиталистический строй. Буржуазная поли­тическая экономия стала ненаучной, реакционной, вульгарной. Десятки разных «школ» и «направлений» современной буржуазной политической экономии ста­вят перед собой одну-единственную цель — скрыть про­тиворечия капитализма и тем самым обелить буржу­азный строй. Ленин указывал, что «ни единому про­фессору политической экономии, способному давать самые ценные работы в области фактических, специ­альных исследований, нельзя верить ни в одном слове, раз речь заходит об общей теории политической эко­номии. Ибо эта последняя — такая же партийная нау­ка в современном обществе, как и гносеология. В об­щем и целом профессора-экономисты не что иное, как ученые приказчики класса капиталистов, и профессора философии — ученые приказчики теологов».

Пролетариат — самый передовой класс общества — кровно заинтересован в прогрессивном развитии чело­вечества. Это объясняется тем, что классовые интере­сы пролетариата выражают интересы поступательного развития общества. Именно поэтому пролетарская, марксистская политическая экономия единственно на­учная, так как она объективно, правдиво раскрывает закономерности экономического развития общества.

Далее

К курсу «Политическая экономия капитализма»

Значение слова ПОЛИТЭКОНОМИЯ. Что такое ПОЛИТЭКОНОМИЯ?

Источник (печатная версия): Словарь русского языка: В 4-х т. / РАН, Ин-т лингвистич. исследований; Под ред. А. П. Евгеньевой. — 4-е изд., стер. — М.: Рус. яз.; Полиграфресурсы, 1999; (электронная версия): Фундаментальная электронная библиотека

Делаем Карту слов лучше вместе

Привет! Меня зовут Лампобот, я компьютерная программа, которая помогает делать Карту слов. Я отлично умею считать, но пока плохо понимаю, как устроен ваш мир. Помоги мне разобраться!

Спасибо! Я обязательно научусь отличать широко распространённые слова от узкоспециальных.

Насколько понятно значение слова подтирка (существительное):

Кристально
понятно

Понятно
в общих чертах

Могу только
догадываться

Понятия не имею,
что это

Другое
Пропустить

Политическая экономия

материальных благ, и экономические законы, управляющие их развитием в исторически сменяющих друг друга общественно-экономических формациях.

  Название Политическая экономия происходит от греческих слов politikós — государственный, общественный и oikonomía — управление домашним хозяйством (от óikos — дом, домашнее хозяйство и nómos — закон). Термин «Политическая экономия» был введён французским меркантилистом А. Монкретьеном в его труде «Трактат политической экономии» (1615).
  I. Возникновение и развитие политической экономии   Изучение экономических процессов и явлений зародилось в рамках единой и нерасчленённой науки древности. Формирование Политическая экономия как самостоятельной науки относится к периоду становления капитализма. Первые попытки осмыслить явления капитализма и обосновать экономическую политику государства были сделаны представителями меркантилизма, отражавшими интересы зарождавшейся буржуазии, прежде всего торговой. Меркантилизм изучал главным образом внешнюю торговлю (обращение), видя в ней основной источник богатства; им была обоснована политика протекционизма. Однако лишь перенесение анализа из сферы обращения в сферу производства и изучение его внутренних закономерностей положили начало Политическая экономия как науки.

  Своего высшего развития буржуазная Политическая экономия достигла в трудах представителей классической буржуазной политической экономии: У. Петти, А. Смита и Д. Рикардо (Великобритания), П. Буагильбера, Ф. Кенэ (Франция). Они предприняли попытку изучить объективные законы развития капитализма, выяснить экономическое содержание товара, стоимости, денег, заработной платы, прибыли и ренты. Глава школы физиократов Ф. Кенэ в своей «Экономической таблице» (1758) впервые представил процесс капиталистического воспроизводства в целом (см. Экономическая таблица Кенэ). Заслуга классической буржуазной Политическая экономия в том, что она положила начало трудовой теории стоимости. Наиболее последовательно эта теория была раскрыта Д. Рикардо, показавшим на её основе противоположность прибыли и заработной платы, прибыли и ренты. По характеристике В. И. Ленина, классическая буржуазная Политическая экономия — один из источников марксизма (см. Полное собрание соч., 5 изд., т. 23, с. 40—43). Классическая буржуазная Политическая экономия выражала идеологию буржуазии в период становления капиталистического способа производства и неразвитой классовой борьбы пролетариата (18 в.). Критическое содержание теории было направлено главным образом против отживших, феодальных порядков. Утверждение капиталистического способа производства, обострение его противоречий, растущий антагонизм между наёмным трудом и капиталом, превращение буржуазии из прогрессивного класса в реакционный послужили основой возникновения вульгарной политической экономии (30-е гг. 19 в.).

  Вульгарная Политическая экономия берёт начало в работах Т. Р. Мальтуса (Великобритания), Ж. Б. Сея и Ф. Бастиа (Франция). Она отказывается от анализа объективных законов развития капиталистического способа производства. а исследует область лежащих на поверхности экономических явлений. Вульгарная Политическая экономия отрицает теорию трудовой стоимости: источниками стоимости Сей объявил «три фактора производства»: труд, капитал и землю. Отрицая противоречия капитализма, вульгарная Политическая экономия провозгласила «гармонию» классовых интересов.

  Экономические интересы и взгляды мелких товаропроизводителей города и деревни капиталистического общества выражает мелкобуржуазная политическая экономия. Её возникновение связано с трудами Ж. Ш. Л. С. Сисмонди (Швейцария) и П. Ж. Прудона (Франция), давших критику противоречий капиталистического способа производства. Однако выход из этих противоречий они видели не в движении вперёд, к социализму, а в возврате к отжившим, архаичным формам хозяйственной жизни. С развитием капитализма мелкобуржуазная Политическая экономия становится всё более утопичной и реакционной. Во 2-й половине 19 — начале 20 вв. в буржуазной Политическая экономия складывается несколько школ. Австрийская школа (К. Менгер, Э. Бём-Баверк, Ф. Визер) выдвинула теорию предельной полезности благ, в соответствии с которой ценность хозяйственных благ определяется той пользой, которую приносит последняя (предельная) единица запаса, а также зависит от их редкости (см. Предельной полезности теория). В Великобритании сложилась кембриджская школа, родоначальник которой А. Маршалл эклектически соединил вульгарные теории издержек производства, спроса и предложения, производительности и воздержания с теориями предельной полезности и предельной производительности. В США Дж. Б. Кларк сформулировал теорию предельной производительности, вывел «универсальный закон» убывающей производительности факторов производства (см. Производительности теории), согласно которому с увеличением того или иного фактора его производительность уменьшается. Это служило теоретическим обоснованием снижения заработной платы рабочих и доказательством необходимости безработицы. Вступление капитализма в стадию империализма и развитие общего кризиса капитализма вызвали глубокие изменения в буржуазной Политическая экономия В этот период всё более стали проявляться две главные функции буржуазной Политическая экономия: защита капиталистического строя и доказательство его незыблемости и вечности, в форме ярко выраженной апологетики капитализма, и разработка практических мероприятий по государственно-монополистическому регулированию производства. Начало нового этапа в буржуазной Политическая экономия связано с трудами Дж. М. Кейнса (Великобритания) и прежде всего с появлением его основных соч. «Общая теория занятости, процента и денег» (1936). Кейнс показал неспособность механизма свободной конкуренции справиться с производительными силами и положил начало разработке концепции регулируемого капитализма (см. Регулируемого капитализма теории). Кейнсианство стало основным направлением современной буржуазной Политическая экономия В 1913 А. Афтальон (Франция) и в 1919 Дж. М. Кларк (США) выдвинули «принцип акселерации», согласно которому каждый прирост или сокращение дохода, спроса или предложения вызывает (или требует) больший в относительном (процентном) выражении прирост или сокращение «индуцированных» инвестиций (см. Акселератор). Впоследствии этот принцип был более детально разработан Р. Харродом (Великобритания), Дж. Хиксом, П. Сэмюэлсоном (США) и включен в неокейнсианские модели экономического роста (см. Экономического роста теории). Экономическая концепция левого кейнсианства обоснована в трудах Дж. Робинсон (США). Широкое распространение получили эконометрические концепции. Одной из наиболее распространённых разновидностей современных апологетических буржуазных теорий являются теории «трансформации капитализма», например концепции «стадий развития общества» У. Ростоу (США), «единого индустриального общества» Р. Арона (Франция), «нового индустриального общества» Дж. Голбрейта (США), теория «постиндустриального общества» Д. Белла (США).

  Современная буржуазная Политическая экономия переживает глубокий кризис. Одно из его проявлений — возникновение конвергенции теории, согласно которой происходит постепенное сближение двух систем: социализма и капитализма. Наиболее видные представители этой теории Дж. Голбрейт, Я. Тинберген (Нидерланды), Р. Арон отказываются от провозглашения капитализма вечным и лучшим общественным строем и призывают взять всё «хорошее», что имеется в капиталистической и социалистической системах. При этом они обращаются к чисто внешним сходным моментам или процессам, протекающим непосредственно в материально-технической сфере (развитие современной научно-технической революции и рост крупной промышленности, элементы индикативного, т. е. рекомендательного, планирования в капиталистических странах, использование товарно-денежных отношений и свойственных им категорий в социалистических странах и т.д.). Сторонники теории конвергенции игнорируют коренную противоположность социализма и капитализма, господство принципиально отличных отношений собственности на средства производства, коренные различия в социальной структуре общества и в целях развития общественного производства, наличие эксплуатации человека человеком в капиталистическом мире и полную её ликвидацию при социализме.

  Кризис современной буржуазной Политическая экономия проявляется также в появлении в капиталистических странах т. н. радикальной Политическая экономия, представители которой отказываются от традиционных догм буржуазных учёных и в ряде случаев делают полезные практические исследования. Живучесть мелкобуржуазной Политическая экономия в период общего кризиса капитализма объясняется наличием во многих странах значительных слоев мелкой буржуазии (крестьян, ремесленников, мелких торговцев и т.д.). В развивающихся странах мелкобуржуазная Политическая экономия, разоблачающая колониализм и неоколониализм, господство иностранных монополий и поддерживающая независимый путь развития, может играть известную прогрессивную роль.

  Созданная К. Марксом и Ф. Энгельсом пролетарская Политическая экономия, будучи подлинно научной, является в то же время последовательно партийной. Она наследует и развивает лучшие достижения предшествующей экономической мысли. К. Маркс и Ф. Энгельс осуществили в развитии Политическая экономия революционный переворот, суть которого заключалась в применении к экономической жизни материалистического понимания истории, в открытии объективных законов общественного развития и создании теории прибавочной стоимости «… краеугольного камня экономической теории Маркса» (Ленин В. И., там же, с. 45). К. Маркс впервые научно доказал историческую ограниченность, преходящий характер капиталистического способа производства. Он открыл и всесторонне исследовал законы движения капитализма. Гениальный экономический анализ капиталистического строя позволил К. Марксу сделать открытие, имеющее всемирно-историческое значение, — о неизбежности революционного крушения капитализма и перехода общества от капитализма к коммунизму, об исторической миссии пролетариата как могильщика капитализма и созидателя нового, коммунистического общества.

  Первоначально марксистская (пролетарская) Политическая экономия возникла как наука, изучающая производственные отношения капиталистического способа производства (Политическая экономия в узком смысле). Постепенно, по мере накопления знаний о предшествующих капитализму способах производства, сложилась Политическая экономия в широком смысле, изучающая производственные отношения исторически сменяющих друг друга способов производства.

  Новый этап в развитии марксистской Политическая экономия связан с трудами В. И. Ленина, который творчески развил общую теорию Политическая экономия на базе нового исторического опыта общественного развития. Ленин создал учение о монополистическом капитализме (империализме), раскрыл его экономическую сущность и основные черты. На основе анализа действия неравномерности экономического и политического развития капитализма закона в эпоху империализма Ленин сделал вывод о возможности победы социализма первоначально в нескольких или даже в одной, отдельно взятой, стране, развил применительно к новой исторической эпохе марксистскую теорию социалистической революции.

  Величайший вклад Ленина в экономическую теорию марксизма заключается в создании им основ Политическая экономия социализма. Он разработал цельную теорию о переходном периоде от капитализма к социализму, о путях построения социалистической экономики, о социалистической индустриализации, о социалистическом переустройстве сельского хозяйства путём производственного кооперирования крестьянских хозяйств (см. Кооперативный план В. И. Ленина), об экономической основе социализма, о формах и методах социалистического хозяйствования. Ленин развил марксистское учение о двух фазах коммунистического общества, о переходе от первой ко второй — высшей фазе, о сущности и путях создания материально-технической базы коммунизма, о формировании коммунистических производственных отношений. Ленин определил основное содержание современной эпохи как эпохи перехода человечества от капитализма к социализму, предвидел образование мировой системы социализма, которая будет оказывать решающее воздействие на всё мировое развитие.

  Марксистская Политическая экономия — творческая, постоянно развивающаяся наука. Своё дальнейшее развитие она получила в теоретической деятельности КПСС и братских марксистско-ленинских партий, в документах, совместно выработанных коммунистическими и рабочими партиями на международных совещаниях. Значительный вклад в разработку актуальных проблем Политическая экономия вносят учёные-марксисты Советского Союза и др. стран.

  Марксистская Политическая экономия серьёзно обогатилась исследованиями общего кризиса капитализма и его нового, современного этапа, анализом форм и методов государственно-монополистического регулирования экономики, изучением проблем мирового капиталистического хозяйства, валютного кризиса. Созданы значительные труды по экономическим проблемам стран «третьего мира». Получила дальнейшее развитие теория революционного перехода от капитализма к социализму, углубился анализ системы экономических законов и категорий социализма, выдвинуто и обосновано положение о развитом социалистическом обществе и об особенностях его экономики, разрабатываются научные основы экономической политики социалистического государства, конкретизировано учение о создании материально-технической базы коммунизма, обоснована и успешно развивается теория социалистической экономической интеграции.
  II. Предмет и метод марксистской политической экономии   Политическая экономия — одна из составных частей марксизма-ленинизма (вместе с философией и научным коммунизмом). В. И. Ленин писал, что «наиболее глубоким, всесторонним и детальным подтверждением и применением теории Маркса является его экономическое учение» (там же, т. 26, с. 60).

  Предметом изучения марксистской (пролетарской) Политическая экономия являются производственные отношения, свойственные различным, исторически сменяющим друг друга способам производства. Теоретическим выражением объективно существующих производственных отношений являются экономические категории. Наиболее общие, повторяющиеся, внутренние причинно-следственные связи экономических явлений и процессов выражаются в экономических законах. В системе производственных отношений отношения собственности на средства производства выделяются как основа всех др. экономических отношений. Производственные отношения изучаются Политическая экономия в органическом единстве с обусловливающими их производительными силами и надстройкой соответствующего общества. С развитием общественного производства и усложнением экономических отношений происходит расширение предмета Политическая экономия В современных условиях Политическая экономия не может ограничиваться изучением производственных отношений лишь в рамках того или иного способа производства. Углубление всемирного разделения труда, развитие экономических и политических отношений между странами различных социально-экономических систем, экономическое соревнование между социализмом и капитализмом, расширяющееся международное экономическое сотрудничество всё это делает необходимым разработку экономических проблем всемирного хозяйства. К ним относятся: пути и формы влияния мирового социализма на развитие несоциалистической части мира, характер экономических отношений между странами различных систем и перспективы их развития, характеристика структуры и социальной природы действующих во всемирном хозяйстве экономических отношений и экономических законов. Здесь пролегает одно из главных направлений дальнейшего творческого развития марксистско-ленинской Политическая экономия

  Выделение производственных отношений в качестве предмета Политическая экономия — величайшая заслуга марксизма. Буржуазная Политическая экономия не смогла подняться до такого уровня. Она изучала изолированные процессы производства, распределения, обмена и потребления, зачастую подменяя анализ экономических отношений изучением технической стороны общественного производства, правовых институтов и психологических факторов.

  Марксизм создал и подлинно научный метод познания — метод материалистической диалектики (см. Диалектический материализм) и применил его к изучению производственных отношений общества. Диалектический материализм видит единственный критерий истины в соответствии полученных наукой выводов объективной действительности. Это обусловливает творческий характер марксистской Политическая экономия В процессе познания Политическая экономия берёт за исходное конкретное экономическое явление и с помощью научной абстракции отсекает всё вторичное, случайное, всё, что характеризует его внешние признаки, и шаг за шагом раскрывает сущность экономических процессов. В процессе дальнейшего движения научной мысли совершается восхождение от абстрактного к конкретному, от простого к сложному, излагается и анализируется система экономических категорий и законов. Метод научной абстракции требует изучения экономических отношений в их наиболее развитом виде, т. е. тогда, когда они достигают наивысшей степени зрелости, и в то же время предполагает, что они рассматриваются в состоянии движения, развития, а не в застывшем виде.

  Метод Политическая экономия использует общефилософские приёмы научного познания: анализ и синтез, индукцию и дедукцию, единство логического и исторического подходов.

  Марксистский диалектический метод требует единства качественного и количественного анализа экономических процессов, в котором примат остаётся за качественным, социально-экономическим анализом. Последовательное применение диалектического метода предполагает и обогащение процесса исследования современными научными достижениями (системный анализ, использование экономико-математических моделей и т.д.).

  Политическая экономия как наука имеет классовый, партийный характер, ибо она изучает производственные отношения, тесно связанные с экономическими интересами классов (пролетариата, буржуазии, мелкой буржуазии). Совпадение интересов рабочего класса с интересами большинства населения и соответствие их потребностям прогрессивного развития производительных сил позволяют марксистской Политическая экономия сочетать партийность, прямую и открытую защиту интересов пролетариата с научной объективностью. Политическая экономия — идейное оружие в руках рабочего класса в борьбе за свержение капитализма и построение коммунистического общества.

  III. Политическая экономия докапиталистических формаций

  Исследуя капиталистический способ производства и раскрывая его исторически преходящий характер, Маркс и Энгельс на основе накопленных наукой знаний, в частности трудов Л. Г. Моргана (США), положили начало Политическая экономия докапиталистических формаций. Этим вопросам посвящены работа К. Маркса «Формы, предшествующие капиталистическому способу производства», входящая в состав его экономических рукописей 1858—59, и в особенности труд Ф. Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства». Важный вклад в Политическая экономия докапиталистических формаций внёс В. И. Ленин (работа «Развитие капитализма в России»).

  Политическая экономия докапиталистических формаций включает в себя Политическая экономия первобытнообщинного, рабовладельческого и феодального строя. Она изучает прежде всего исторический процесс возникновения и развития производства и обмена, частной собственности и классов, необходимого и прибавочного продукта, исследует экономические законы, управляющие развитием производства, распределения обмена и потребления на этих исторических ступенях развития человеческого общества, показывает решающую роль собственности на средства производства (и на работника) в системе производственных отношений. Такой анализ раскрывает исторический характер экономических категорий и законов, в частности исторический характер возникновения и существования частной собственности.

  При первобытнообщинном строе на базе примитивного развития производительных сил существовали общественная (родовая, племенная) собственность на средства производства и уравнительное распределение. С совершенствованием орудий труда и накоплением трудовых навыков и опыта у работника, а также с развитием обществ. разделения труда постепенно росла производительность труда, вначале спорадически, а затем регулярно возникал прибавочный продукт. Началось разложение первобытнообщинного строя, появилась частная собственность, общество раскололось на антагонистические классы, возникло государство как аппарат принуждения, угнетения и насилия в руках господствующего класса.

  Основу производственных отношений при рабовладельческом строе образует рабовладельческая форма собственности на средства производства и полная собственность на работника — раба. Соединение средств производства с рабочей силой осуществляется на основе внеэкономического принуждения. Производство прибавочного продукта за счёт эксплуатации раба носит регулярный характер. Весь прибавочный продукт, а также значительная часть необходимого безвозмездно присваивается классом рабовладельцев. Постепенное совершенствование орудий труда всё более вступало в противоречие с рабовладельческой формой собственности, с полной незаинтересованностью работника в результатах своего труда. В период разложения рабовладельческого строя возникают хозяйства переходного типа, в которых работник, оставаясь в собственности своего хозяина, получает самостоятельность в использовании средств производства. На место рабской зависимости приходит феодальная.

  При феодализме основу производственных отношений образует феодальная собственность на средства производства и частичная собственность на работника — крестьянина. Феодальный способ производства также основывается на использовании относительно простой техники. Прибавочный продукт, присваиваемый в результате эксплуатации феодально зависимых крестьян, выступает в форме феодальной ренты (отработочной, продуктовой, денежной). Развитие товарно-денежных отношений и рост цехового производства в городах постепенно разлагали основы феодального способа производства. Развивающимся производительным силам становилось тесно в рамках феодальных производственных отношений.

  Период разложения феодального способа производства — это одновременно и период первоначального накопления капитала. В это время создаются главные предпосылки капиталистического способа производства: денежный капитал накапливается в руках немногих лиц и образуется армия наёмного труда — людей, лишённых средств производства и юридически свободных. В силу однотипности феодальной и капиталистической частной собственности последняя складывается первоначально в рамках феодального способа производства.

  Политическая экономия докапиталистических способов производства имеет дело не только с историческим материалом. Во многих районах земного шара и в 20 в. сохранились остатки не только феодальных, но даже и более ранних экономических отношений. Это делает весьма актуальной разработку проблем Политическая экономия докапиталистических способов производства.
  IV. Политическая экономия капитализма  Политическая экономия капитализма изучает закономерности возникновения, развития и неизбежной гибели капиталистического способа производства.

  Система законов и категорий, характеризующих капиталистический способ производства, раскрыта Марксом в «Капитале». Исходным в изучении буржуазных производственных отношений явился анализ товара, поскольку товар, исторически и логически предшествует капиталу. Товар обладает двумя свойствами: стоимостью и потребительной стоимостью, в которых проявляется двойственный характер труда, создающего товар. Раскрытие Марксом двойственного характера труда (как труда абстрактного и конкретного) — основа для понимания Политическая экономия капитализма.

  Там, где буржуазные экономисты видели отношение между вещами (обмен товара на товар), Маркс вскрыл отношение между людьми, прикрытое вещной оболочкой. Он показал, что величина стоимости товара определяется общественно необходимыми затратами труда, а полезность товара, его способность удовлетворять те или иные потребности человека, делает его потребительной стоимостью.

  Анализ двойственного характера труда позволил Марксу выяснить развитие форм стоимости и раскрыть происхождение денег, их сущность, как всеобщего эквивалента, дать анализ их функций.

  Капитал — особое, исторически определённое производственное отношение. Эксплуатация наёмного труда капиталом служит источником создания прибавочной стоимости. Капиталист покупает на рынке труда в соответствии с его законами специфический товар — рабочую силу, потребление которого (труд) является в то же время процессом создания стоимости. Капитал распадается на две части: постоянный капитал, расходуемый на приобретение средств производства, стоимость которых без изменения переходит на готовый товар, и переменный капитал, расходуемый на покупку рабочей силы. Стоимость переменного капитала изменяется, она возрастает в процессе труда на величину прибавочной стоимости. Отношение прибавочной стоимости к переменному капиталу характеризует степень эксплуатации наёмного труда капиталом.

  Марксистская Политическая экономия различает два способа производства прибавочной стоимости: производство абсолютной и относительной прибавочной стоимости. В первом случае рост производства прибавочной стоимости достигается за счёт удлинения рабочего дня, во втором (при неизменной продолжительности рабочего дня) — за счёт сокращения времени, необходимого для воспроизводства рабочей силы, и увеличения прибавочного рабочего времени. Сокращение необходимого рабочего времени достигается путём повышения производительности труда и проходит три исторические ступени: простая капиталистическая кооперация, мануфактура, машинное производство. В процессе перехода от кооперации к мануфактуре, а от последней к капиталистической фабрике формальное подчинение труда капиталу сменяется его реальным подчинением.

  Превращение части прибавочной стоимости в капитал представляет собой накопление капитала. Более быстрый рост постоянного капитала по сравнению с переменным (рост органического строения капитала) ведёт к накоплению на одном полюсе капиталистического общества богатства, на другом — нищеты, порождает резервную армию труда, безработицу. Производство прибавочной стоимости — основной экономический закон капитализма.

  Прибавочная стоимость, созданная трудом наёмных рабочих, распределяется между различными группами капиталистов и принимает форму прибыли (предпринимательского дохода), торговой прибыли и ссудного процента. Специфической формой прибавочной стоимости в сельском хозяйстве является земельная рента, в добывающей промышленности — горная рента.

  Капиталистический способ производства ведёт к значительному увеличению производительных сил на основе использования машинной техники, растут размеры предприятий, углубляется общественное разделение труда. Рост обобществления производства и развитие производительных сил — историческая миссия капитализма. Вместе с тем господство частной капиталистической собственности на средства производства на определённом этапе становится тормозом дальнейшего развития производительных сил. Углубляется основное противоречие капитализма — между общественным характером производства и частнокапиталистической формой присвоения. Объективные закономерности развития требуют разрешения этого противоречия: замены капиталистического способа производства коммунистическим, основанным на общественной собственности на средства производства. Одновременно с этим в рамках буржуазного строя вырастает сила, способная осуществить эту замену — рабочий класс.

  На рубеже 19—20 вв. капитализм вступил в новую стадию своего развития — империализм. Анализ экономической сущности и основных признаков империализма (монополистического капитализма) был дан В. И. Лениным в труде «Империализм, как высшая стадия капитализма». При исследовании закономерностей развития империализма В. И. Ленин опирался на богатый материал, собранный в работах Дж. А. Гобсона (Великобритания) и ряда др. буржуазных учёных. Основными признаками империализма являются: концентрация производства и образование монополий, финансовый капитал и финансовая олигархия, вывоз капитала, экономический раздел мира между союзами монополий, территориальный раздел мира. Историческое место империализма определяется тем, что он является, во-первых, монополистическим капитализмом, во-вторых, паразитическим и загнивающим капитализмом, в-третьих, умирающим капитализмом (кануном социалистической революции). Создав марксистскую теорию империализма, В. И. Ленин одновременно дал критику его буржуазных и реформистских концепций.

  Во 2-м десятилетии 20 в. в связи с первой мировой войной 1914—18 и победой Великой Октябрьской социалистической революции возникает общий кризис капитализма, охватывающий капиталистическую систему в целом, её экономику, политику, идеологию. В нём отражается дальнейший рост противоречий капитализма, процесс постепенного отпадения от мировой капиталистической системы всё новых и новых стран, образование и рост мировой системы социализма. В эпоху общего кризиса капитализма происходит распад колониальной системы империализма.

  Современный этап в развитии капиталистического способа производства характеризуется ростом государственно-монополистического капитализма, объединяющего силу государства с силой монополий. Развивается государственно-монополистическое регулирование экономики, её прогнозирование и программирование. Государственно-монополистический капитализм, являясь новой ступенью обобществления производства, ещё более обостряет основное противоречие капитализма. Перед учёными-марксистами, разрабатывающими теорию Политическая экономия современного капитализма, стоят задачи, связанные с глубоким анализом новых явлений и процессов в развитии экономики современного капитализма, происходящих, в частности, под воздействием современной научно-технической революции, с изучением механизма воздействия буржуазного государства на процессы общественного воспроиз

Статья про слово «Политическая экономия» в Большой Советской Энциклопедии была прочитана 20174 раз

Интересное


принципов политической экономии — Онлайн библиотека свободы

РЕКЛАМА ВТОРОГО ИЗДАНИЯ.

Прошло не так много лет после первого издания этой работы, когда всем стало известно, с кем г-н Мальтус имел возможность общаться по этому вопросу или кто был знаком с его последними публикациями, что его мнения по этому вопросу стоимость претерпела некоторые изменения.

Ранее предполагая, как и большинство других экономистов, что не существует абсолютно точного и неизменного показателя стоимости, он предложил среднее значение между кукурузой и трудом в качестве ближайшего приближения к нему, которое можно найти.

Но зрелые размышления привели его к другому взгляду; и впоследствии он убедился, что стандарт, который он искал, должен обязательно находиться в каком-то одном неизменном объекте, который имел постоянное и постоянное существование; справедливо полагая, что было бы невозможно сделать какие-либо удовлетворительные выводы в отношении роста или падения стоимости товаров, если бы не существовало реального теста, на который можно было бы практически всегда ссылаться.

Издание: актуальное; Страница: [viii]

Однако только после долгой медитации и самого тщательного изучения предмета он, наконец, принял меру, предложенную автором «Расследования богатства народов», и стал обращенным в доктрину, которая «Труд был первой ценой, первоначальными покупными деньгами, которые были заплачены за все», стоимость каждой вещи должна быть больше или меньше пропорционально «поскольку она стоит больше или меньше этих первоначальных денег на покупку.

То, что многие выдающиеся писатели со времен Адама Смита должны были отвергнуть эту меру, возможно, возникли из-за того, что они дали термину ценность, смысл, отличающийся от того, что он дал ему, и который он обычно должен выражать. В соответствии с их понятием стоимости, оно состоит в общей способности покупки или выражает отношение, которое товары несут друг к другу, из чего следует, что если стоимость производства всех вещей будет либо увеличена, либо уменьшена, их стоимость тем не менее останется неизменным, если они продолжат обмениваться друг с другом в той же пропорции, что и раньше; и по тому же правилу, что когда происходит рост или падение любого товара или товаров, все другие товары должны испытывать соответствующее падение или повышение, или что, когда некоторые становятся дешевле, остальные должны обязательно становиться дороже, и наоборот.

Теперь это определение заставляет стоимость товара зависеть как можно больше от причин, влияющих на все остальные, которые могут быть обменены на издание: текущее; Страница: [ix] это, как на тех, которые могут повлиять на себя; и из ценности, понимаемой таким образом, совершенно очевидно, что не может быть никакого стандарта, поскольку нет ни одного объекта, который мог бы всегда покупать или обменивать на единое количество всех других; и если бы был какой-либо такой объект, это не было бы лучшей мерой других, чем они были бы от этого.

Но ценность в ее общепринятом значении и в том смысле, в котором она по большей части использовалась Адамом Смитом, выражает совершенно иной тип отношений, а именно то, что существует между товарами и их стоимостью (включая прибыль) или жертва, которая должна быть принесена, чтобы получить их; и если количество труда, которое они стоят, или которое должно быть дано в обмен на них, является надлежащей мерой этой жертвы, то это становится именно тем стандартом, которого мы ищем.

Так думал в последнее время мистерМальтус и его совпадение с Адамом Смитом по столь важному вопросу, основанному, как представляется, на совершенно разных основаниях, впервые были им известны в брошюре под названием «Мера ценности», изложенной и иллюстрированной с применением это к изменениям в стоимости английского издания: текущее; Страница: [х] валюта с 1790 года, которую он опубликовал в 1823 году.

Но Субдж

.

Трактат о политической экономии

РЕКЛАМА

АМЕРИКАНСКИЙ РЕДАКТОР,
в
ШЕСТОЙ ВЫПУСК.

НОВОЕ издание этого перевода популярного трактата М. Сэя, к которому был обращен призыв, поскольку пять предыдущих американских изданий полностью вышли из печати, редактор попытался сделать работу более достойной пользы, которую он получил, подвергнув каждая его часть до тщательного пересмотра. Поскольку перевод г-на Принсепа был сделан в 1821 году, из более раннего издания первоначального трактата, а именно из четвертого, который не получил последних исправлений и улучшений автора, где бы ни существенный принцип был задействован в безвестности или возникла ошибка, которая впоследствии была исправлена ​​и удалена, американский редактор, в этом впечатлении, согласовал язык текста и примечания к пятому улучшенному изданию, опубликованному в 1826 году, последнему из которых М.Скажем, жил, чтобы дать миру. Однако не было сочтено необходимым расширять эти изменения в переводе дальше, чем исправление таких расхождений и ошибок, на которые здесь ссылаются; и редактор не рискнул пересмотреть перевод, представленный г-ном Принсепом, просто с целью приспособить его фразеологию, в смысле аккуратности выражения или дикции, к последним прикосновениям автора. Перевод г-на Принсепа, редактора должен снова иметь возможность наблюдать, был выполнен с достаточной точностью, со значительным духом и элегантностью; и, по его мнению, его нельзя было бы значительно улучшить, даже переделав его после последнего издания.Перевод вступления, данный настоящим редактором, получил различные устные исправления; и такие изменения и дополнения, которые были внесены автором в его пятое издание, теперь будут найдены переведенными.

Кроме того, надлежит заявить, что по предложению американских владельцев и издателей этого издания произведения французские денежные средства, веса и меры по всему тексту и примечаниям были преобразованы в текущие монеты, веса и меры Соединенных Штатов, когда контекст строго требует их строгим сокращением, а когда их просто принимают в качестве политико-арифметической иллюстрации, простым приближением к почти эквивалентному количеству наших собственных монет, гирь или мер.Это было сделано для того, чтобы сделать работу настолько полезной, насколько это возможно, и, несомненно, сделает общие принципы и рассуждения автора более легкими для понимания, а также более легко запоминающимися американским исследователем политической экономии.

Многие новые заметки, как мы увидим, были добавлены американским редактором для дальнейшей иллюстрации или исправления тех частей текста, которые все еще требуют пояснения. Статистические данные, которые теперь включены в эти заметки, сведены к самому последнему периоду, как в этой стране, так и в Европе.Никаких усилий не было сделано для получения доступа к аутентичным каналам информации, и американский редактор надеется, что нынешнее издание будет значительно улучшено повсюду.

Смерть г-на Сая произошла в Париже в течение третьей недели ноября 1832 года, и в связи с этим, согласно заявлениям французских журналов, ему были вручены такие похоронные почести, как из-за видных персонажей, Одилон-Барро, де Саси, де Лаборде, Бланки и Чарльз Дюпен, его выдающиеся соотечественники и почитатели, произносили выступления на кладбище в Пер-Лашез.

Отчет о его смерти, здесь присоединенный, взят из лондонского Политэкспертиза 25 ноября 1832 года и от ручки его способного редактора, г-на Фонбланка, одного из самых влиятельных политических писателей в Англии. Мистер Фонбланк, по-видимому, был личным другом, а также горячим поклонником гения и сочинений М. Сая, и был достаточно квалифицирован, чтобы ценить его высокие интеллектуальные способности, его глубокие знания и политическую мудрость, его мужскую независимость Его мягкая, но достойная последовательность характера и, прежде всего, его редкие и яркие личные достоинства.Вряд ли может быть более интересное и поучительное задание, поставленное перед философским биографом, чем верный портрет жизни и труда этого прославленного человека, который был так пылко и эффективно посвящен продвижению счастья и процветания его собратьев , Возможно, работы авторов, какими бы великими ни были их знаменитости, оказывают более сильное и стойкое влияние на благосостояние людей Европы и Америки, чем работы Адама Смита и Джона Батиста Сея.

«Франция на этой неделе потеряла еще одного из своих самых выдающихся писателей и граждан, известного политолога М. Сэя. Бесценная отрасль знаний, которой были посвящены самые большие его интеллектуальные усилия, обязана ему, среди прочего, за те великие и всепроникающие истины, которые возвели ее в ранг науки, и для него, гораздо больше, чем для других, за ее популяризацию и распространение. И не был М. Сэй простым политическим экономистом, иначе он был обязательно плохойОн знал, что предмет, столь «погруженный в материю» (используя прекрасное выражение лорда Бэкона) как процветание нации, должен рассматриваться со многих сторон, чтобы его правильно видели даже с одной стороны. М. Сэй был одним из самых опытных умов своего времени и страны. Хотя он уделял основное внимание одному конкретному аспекту человеческих дел, все его аспекты были ему интересны; ни один не был исключен из его опроса. Его личная жизнь была образцом домашних добродетелей. Со времени, когда с Чамфортом и Джингеном он основал «Десятилетие философии», первое произведение, которое пыталось возродить литературные и научные занятия во время штормов Французской революции — как при преследовании Наполеона, так и при преследовании им (он был изгнан с трибунала

.
Игра неравенства закончилась, говорит аналитик, придумавший «Плутономию»
relates to Inequality Play Is Over, Says Analyst Who Coined ‘Plutonomy’

Иллюстрация: 731

За несколько лет до финансового кризиса Аджай Капур начал советовать инвесторам делать ставки на богатых. Теперь он говорит, что, возможно, пришло время раскрутить эту сделку.

В середине 2000-х годов Капур и его тогдашние коллеги в Citigroup Inc.использовал термин «плутономия», чтобы описать экономику, в которой доход и богатство все больше концентрируются на вершине. США были приложением А. Инвестиционный тезис, который они изложили в серии докладов, сводился к следующему: покупайте вещи, которые нравятся богатым людям.

Оптовики Citi уловили тенденцию, которой уже десятилетия. И с тех пор она сохраняется благодаря наихудшему финансовому кризису в поколениях, а теперь и самой продолжительной за всю историю экспансии, что делает Америку самой неравной страной в развитом мире.

Выброс

Среди основных развитых экономик США являются самыми неравными

Данные: Всемирный банк

relates to Inequality Play Is Over, Says Analyst Who Coined ‘Plutonomy’

Есть признаки того, что политическая реакция нарастает. Демократические претенденты на меры поддержки президентских выборов 2020 года, от общественного здравоохранения до новых налогов на доходы и богатство или на операции с ценными бумагами, которые направлены на сокращение разрыва.Даже в Республиканской партии президента Дональда Трампа, которая приняла законопроект о налогах, который широко распространен в пользу богатых, была оказана поддержка по ограничению обратного выкупа акций и власти технологических компаний суперзвезд.

Таково будущее, по словам Капура, который в настоящее время возглавляет стратегию участия в азиатских и развивающихся рынках в Bank of America Merrill Lynch в Гонконге. Он отмечает особенности экономики США, которые существовали так долго, что инвесторы принимают их как должное: «олигополистическая власть, низкие налоги, благоприятствующее капитализму законодательство.

«Все это может быть изменено», — говорит он. «Никто не готов к этому новому миру».

Существует множество способов измерения неравенства, и большинство из них показывают, что оно ухудшается. Проблема не ограничивается Америкой. Франция наблюдала месяцы протестов со стороны движения «желтых жилетов», вызванных налогом на топливо, который, как считается, был несправедливым по отношению к бедным. Отстающие регионы Великобритании помогли отбросить голосование за Brexit.

В США показатель неравенства в доходах Бюро переписей является самым высоким с начала ведения учета в 1960-х годах.Федеральный резерв заявляет, что доля общего богатства страны за последнее десятилетие сократилась для каждой группы, кроме самых богатых 10%.

Top Heavy

США благосостояния домохозяйств перекошены в верхние 10%, а нижняя половина едва заметна

Данные: Федеральный резерв

relates to Inequality Play Is Over, Says Analyst Who Coined ‘Plutonomy’

«Мы, предположительно, более эгалитарная страна, где, если вы будете усердно работать и играть по правилам и иметь доступ к капиталу, вы сможете это сделать», — говорит Хизер Баши, президент Вашингтонского центра справедливого роста, некоммерческой исследовательской группы в D.C. «Это изменилось за последние полвека и закрыло возможности».

В то время как экономика США, измеряемая по валовому внутреннему продукту, пришла в норму быстрее кризиса 2008 года, чем Европа и Япония, Баши отмечает, что ВВП является совокупной мерой, и ничего не говорит об «очень разном опыте по группам доходов».

Многие экономисты говорят, что неравенство является одной из причин того, что восстановление было слабым по собственным прошлым стандартам Америки. Богатые люди тратят меньшую долю своего дохода на товары и услуги, чем обычные люди.Они с большей вероятностью вкладывают свои деньги или вкладывают их в сбережения, что является одной из причин, по которым цены на акции так высоки, а процентные ставки так низки.

«Вы должны спросить:« Почему расширение было таким слабым и таким медленным? »И, возможно, ответ — неравенство, — говорит Торстен Слок, главный экономист Deutsche Bank AG в Нью-Йорке. «Эффект богатства, который должен был вызвать более сильное расширение, ну, если его удерживает только одна сторона Манхэттена, то неудивительно, если у вас медленное потребление и рост.

возраст крайностей

Экономический рост в США замедлился из-за увеличения неравенства

Шкала индекса Джини равна 0-1, где 0 — это идеальное равенство

relates to Inequality Play Is Over, Says Analyst Who Coined ‘Plutonomy’

Чтобы остановить финансовый кризис, начавшийся в 2008 году, и привести к росту экономики, ФРС резко снизила процентные ставки и купила триллионы долларов в виде ценных бумаг.Это подстегнуло цены на активы — и больше всего выиграли богатые. Самый богатый 1% американцев владеет примерно половиной фондового рынка.

Тем временем заработная плата не сильно выросла, даже несмотря на то, что безработица упала до рекордно низкого уровня. Это загадка, которая озадачила экономистов и политиков, в том числе в Федеральном резерве. Только в конце десятилетнего отскока зарплаты начали расти, как отметил в этом месяце в Конгрессе председатель ФРС Джером Пауэлл, который склоняется к снижению ставок, чтобы поддержать расширение.«Преимущества сильного рынка труда стали более широко распространяться в последние годы», — сказал он. «Действительно, повышение заработной платы было более значительным для работников более низкой квалификации».

Вот почему растет понимание того, что правительствам придется начинать экономику с бюджетных расходов, поскольку денежно-кредитная политика подходит к концу. Капур соглашается. По его словам, по сравнению с дешевыми деньгами, налоговое стимулирование обычно «более дружелюбно по отношению к среднему человеку, чем к плутономисту».

Результирующий рост государственных расходов и долгов, вероятно, повредит облигациям и «чувствительным к ставкам акциям», таким как коммунальные услуги, — писал Капур и два коллеги из Merrill в апреле.В их отчете рассматривались «пик плутономии» и другие глобальные мегатенденции, в том числе рост национализма и угасание веры в экономическую ортодоксальность. (На случай, если вам интересно, акции защиты и развлечений оказались среди победителей.)

История показывает, что неравенство движется мощными силами, которые трудно повернуть вспять, и часто приводит к срывам и насилию, говорит Капур. Но он видит признаки того, что США движутся к решению проблемы посредством выборов и законодательства — как это было в 1930-х годах.«Там, в политической сфере, 1%, 10% — это часть разговора», — сказал он. «Антагонизм к плутономии распространился». — с Алексом Танзи

,
Джон Локк Экономическая теория — политическая экономия

Джон Локк считал, что ты владелец своей собственной жизни. Когда мне было 15 лет, он был моим любимым мыслителем, я прочитал его и был поражен его ясностью. Он был известен как отец либерализма. Джон Локк — философская основа экономики свободного рынка и важная идея для вашей жизни. Зачем?

  • Локк верил в личную свободу. Это важно, потому что человек может контролировать свой труд (судьбу).Если бы вы контролировали свой труд, а не правительство или лорда, это привело бы к тому, что человек стал владельцем продукта их работы.

Владение частной собственностью приведет к тому, что люди будут владеть активами, которые будут приносить богатство независимо от правительства или лорда. собственность была естественным правом, полученным от труда, а не от правительства, как это было в прошлом.

Локк полагал, что естественный закон дал мужчинам права

Почему это важно? Потому что личная свобода (не демократия) является основой Соединенных Штатов.Если кто-то пытается контролировать или ограничивать вашу свободу, включите ваш поток доходов или ограничьте владение частной собственностью, что противоречит естественному законодательству.

Человек, родившийся, как было доказано, с правом абсолютной свободы и неконтролируемым использованием всех прав и привилегий закона природы, равно как и любой другой человек или число людей в мире, природа — сила, не только для сохранения своего имущества, то есть его жизни, свободы и имущества, от травм и покушений других людей (и правительства).- Второй трактат о правительстве

Локк считал, что в частной собственности есть центр свободной экономики, основанный на естественном праве. Когда вы говорите естественное право, это означает, что правительство не предоставляет права, но право существует перед правительством. Роль правительства заключается в защите этих прав.

Обратите внимание на сходство в языке между Джоном Локком и отцами-основателями.

все люди созданы равными, что их Создатель наделен определенными неотъемлемыми правами, среди которых жизнь, свобода и стремление к счастью.Чтобы обеспечить эти права, среди мужчин учреждены правительства — Декларация независимости США

Томас Джефферсон был особенно под его влиянием. Маркс критикует свою теорию собственности.

Общественный договор Локка полагал, что разум и терпимость руководили действиями людей. Последний личный интерес (Томас Гоббс) будет доказан другими философами. Тем не менее, Адам Смит выступал за просвещенный личный интерес, который является комбинацией обоих. Я склонен согласиться.

Джон Локк о неравенстве

Локк считал, что в природе мужчины, как правило, равны в талантах и ​​умениях. Это была идея просвещения. Хотя современная психология может поспорить с этим, я лично считаю, что таланты людей более равны (но иногда различны), чем неравны.

Экономическое неравенство возникает, когда люди применяют таланты по-разному . Это так ясно, что это похоже на круговые рассуждения. Однако, если это правда, то почему люди не живут своей жизнью в соответствии с идеей сегодня? Если они хотят заработать больше денег, почему они не преследуют это с большей энергией, чем ищут оправдания?

Все богатство является продуктом труда.Локк

Однако, если честно, Локк также объяснил неравенство в отношении этой теории денег и проблем, которые вызывает деньги.

Джон Локк не был свободной торговлей

Хотя теории Локка были близки к классическому либерализму, когда дело дошло до личности, он не поддерживал свободную торговлю и был скорее меркантилистом. Локк был блестящим мыслителем, но не Адамом Смитом. Локк был скорее теорией стоимости и естественным мыслителем.

Свободная торговля была частью политической экономии Дадли Норта и Мандевиля, которая расширила представление Локка о том, что общество — это абстракция и что индивидуальные аппетиты и интересы являются основой экономики.Поэтому Норт пришел к выводу, что торговля, процентные ставки, деньги не должны устанавливаться или ограничиваться правительством.

Локк и ограничения к накоплению и деньгам — Локк полагал, что существует моральный предел избыточному накоплению собственности, потому что у людей были пределы потребления. Избыточное потребление и накопление было пустой тратой и противоречило природе. Тем не менее, деньги конечного прочного товара решили эту проблему. Устранены ограничения на накопление.

Локк по денежной теории и торговле

Он был основным монетаристом, то есть он полагал, что стоимость денег была обратно пропорциональна количеству денег в обращении.Однако он ошибочно предположил, что, если приток золота в страну уменьшится по сравнению с другими странами, начнется депрессия. Локк полагал (ошибочно), что поставки золота возрастают относительно объема торговли. Дэвид Хьюм справедливо утверждал, что если это начнет происходить, цены на товары относительно других стран упадут, и это исправит этот торговый дисбаланс.

Теория стоимости Джона Локка была основана на спросе и предложении, как изложено в Некоторые соображения о последствиях снижения интереса и повышения стоимости денег. Локк писал:

Цена любого товара увеличивается или падает пропорционально количеству покупателей и продавцов.

Экономика и твоя жизнь

  • В заключение, основные элементы идеи идеи свободы Соединенных Штатов и, в частности, экономической свободы можно найти у Джона Локка («
    Конец закона не в том, чтобы отменять или сдерживать, а в том, чтобы сохранять и расширять свободу») ,
  • Я верю, что исследование первоначальных мыслителей политической экономии может быть большим вдохновением и мотивацией для жизни людей в поисках счастья и процветания в их собственной жизни.Если вы понимаете и смотрите на жизнь, глубоко проникая в философские проблемы, а не в поверхностные современные мыслительные мыслители, ваша жизнь будет богатой как в переносном, так и в буквальном смысле, моя.

Похожие

,

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *